Лекс заглянул еще в несколько залов. Народа в таких больших помещениях было немного, Сканд был прав, когда говорил, что в такой день, когда в городе можно поглазеть на гостей, мало кто пойдет в термы. Термы были просто громадными, просто дворец съездов, а не бани. Большие бассейны и маленькие, мраморные вазы и скульптуры с мускулистыми телами… Неизвестно, смог ли бы он найти дорогу обратно, но его догнал раб, который встречал их у входа. Оказывается, его уже разыскивал муж, и Лекс сразу отправился в обратную дорогу. Он опять оказался в комнате, где они раздевались в самом начале. Сканд уже оделся и натягивал сапоги. Увидев мужа, он довольно улыбнулся.
Одежда Лекса висела на длинных жердях, чтобы не помять тогу. Стоило Лексу скинуть покрывало и взяться за тунику, как в комнату вошли Чача и Лейшан. Рабам удалось завязать вокруг их мощных торсов покрывала, и теперь они смотрелись, как в длинных юбках. Лекс быстренько нырнул в тунику и после этого развернулся к гостям. Те горделиво скинули покрывала и продемонстрировали члены, которые сразу стали наливаться. Лекс скептично хмыкнул и, усевшись в единственное кресло, начал цеплять обратно все кольца и браслеты. Сканд встал за спину и принялся, довольно сопя, заплетать косу своему мужу. Чаречаши и Лейшан недовольно хмыкнули. Лекс внутренне удивился, они что, считают, что Лекс должен быть польщен, что вызывает в них желание? Хотя, если вспомнить древний Рим, то там к сексу было достаточно прагматичное отношение*. Никакого стеснения и романтики, только трезвый расчет…
Пока Лекс воевал с застежками и цепочками, распределял кольца по пальцам, брат с другом успели одеться, и теперь недовольно морщились, влезая во все еще мокрые сапоги. Ну да, носков здесь не было, и мокрая кожа на ногах всегда заканчивается мозолями, но прежде, чем пожалеть брата, Лекс потер шею, на которой красовались шикарные синяки. В животе раздались фанфары голодного желудка, и Сканд сообщил, что во дворце его обязательно покормят еще до пира.
— Не хочу во дворец, — уперся Лекс, — хочу жареных лакриц, пошли в «Сломанный меч», а на пир пускай гости отправляются. — Лекс хмыкнул, глядя в расстроенные лица брата и Лейшана. — И вообще, я на вас всех сердит и собираюсь капризничать. Так что, идите куда хотите, а я отправляюсь за лакрицами и пивом.
— Я не могу пропустить такое зрелище, — Чаречаши недоверчиво переглянулся с Лейшаном, — отправим извинения Пушану, скажем, что устали с дороги. Мы пойдем с вами. Пока не увижу брата с пивом в руках, ни за что не поверю!
Лекс довольно хмыкнул и перекинул край тоги через руку. Сканд только хрюкнул, настолько высокомерно смотрелся рыжик. Но сразу послал раба за паланкином и, пристегнув меч, махнул рукой, что готов сопровождать Лекса хоть на край земли. Рыжик так и поступил, вздернув нос и пропустив Сканда вперед, как вооруженного охранника, с самым царственным видом двинулся следом. Паланкин уже дожидался у ступеней термы. Охранники-носильщики подобрались, когда увидели рядом со Скандом и Лексом Чаречаши и Лейшана. Стоило только Лексу расположиться на носилках, как следом за паланкином пристроилось несколько воинов в шароварах, а по бокам носилок по паре монахов с каждой стороны.
Теперь вся процессия выглядела грозно и торжественно. Впереди шли Сканд, Чаречаши и Лейшан, следом несли носилки с Лексом в окружении вооруженных людей, по бокам шли монахи, которых горожане опасались больше, чем воинов, а позади двигался небольшой отряд легко вооруженных рыжих воинов. Лекс засунул под локоть подушку и с царственной небрежностью смотрел, как у всех прохожих округляются глаза. Он старался не крутить головой по сторонам, но вскоре заметил, что монахов в длинных капюшонах значительно прибавилось, теперь их было едва ли не столько же, сколько и рыжих воинов. От напряжения, витающего в воздухе, даже захотелось почесаться, но Лекс совершенно не собирался отказываться от удовольствия натянуть нос Пушану, уведя с пира основного гостя. Скорее наоборот, хотелось увидеть, как монахи скрутят в крендель самодовольных рыжих, случись потасовка.
Чтобы пройти к таверне, пришлось пройти мимо портала* казармы, и к ним добавилось несколько вооруженных центурионов, которые как бы тоже решили промочить горло неподалеку от такой компании. Когда носилки с Лексом остановились у таверны, маленькая армия центурионов превысила количество и монахов, и рыжих воинов вместе взятых. От красных ирокезов на шлемах рябило в глазах. Лекс привстал на носилках и заметил несколько особо приближенных волкодавов Сканда. Центурионы заулыбались рыжику и, радостно помахивая (хвостами) руками, уверили, что они совершенно случайно оказались поблизости и очень рады его видеть. Лекс назвал нескольких центурионов по именам и вызвал радостное повизгивание в их рядах.
