Лекс перехватил ревнивый взгляд Гаури и недоуменно задумался, что ему опять не так? Он даже не смотрит в сторону Пушана, и вообще, в последнее время занят исключительно ребенком! Лекс поправил сползающего Ламиля и недовольно фыркнул, отворачиваясь. Кирель заметил переглядывание двух младших и вдруг рассмеялся:
— Ох, Лекс, не надо меня ревновать так открыто! — Кирель погладил растерявшегося рыжика по щеке, — ты всегда будешь в моем сердце. Но за Гаури стоит присмотреть, как бы он глупостей не наделал. А для того, чтобы контролировать человека, надо дать ему то, что он хочет, и пообещать, что он получит то, о чем мечтает. С тобой такой фокус не пройдет, ты сам добиваешься, чего хочешь, а стоит начать тебе помогать, так ты начинаешь упираться и оглядываться, ожидая ловушки. Это мудро с твоей стороны, но по отношению ко мне несколько обидно! А вот с Гаури все проще. Он младший, и я точно знаю, чего он хочет и о чем мечтает, и поэтому я смогу его контролировать. А через него и Пушана. Все же, старшие, несмотря на все свои амбиции, очень зависимы от младших. Каждый по своему, кто-то ищет в браке любви и покоя, а кто-то контроля и подчинения, кого-то надо поцеловать, а кого-то пнуть.
— И о чем мечтает Гаури?
— Гаури — младший, — Кирель усмехнулся, — он мечтает о сексе и всеобщем обожании. Так, чтобы пробраться на самую верхушку и чтобы все восхищались и выполняли его капризы. Я решил сделать его своим любовником, мне так будет проще его контролировать. Он не откажется посидеть хотя бы на краешке императорского трона раньше своего мужа. Он хочет власти и на многое пойдет ради этого, — Кирель заметил, как Лекс повел глазами в тяжелых раздумьях, и опять провел пальцами по гордой скуле, — но я тоже младший, и командовать мной, как тем же Шарпом, у него не получится, ему придется изрядно попрыгать, чтобы угодить МНЕ.
— И зачем вам это надо? — Лекс сдержался, когда пальцы Киреля погладили его губы.
— Я хочу знать, что он думает, и быть уверен в его словах и поступках. И потом, только ты один воспринимаешь секс, как тяжелую повинность. Но секс, как соль, без нее любая еда невкусна, а желание, как перец — горячит кровь и будит аппетит.
— Неправда, — Лекс поджал губы, — мне нравится секс, но только с одним…
Лекс запнулся, а Кирель рассмеялся.
— Да, мне уже доложили, что ты и сам не тронул наложника, и Сканду запретил. Ну, Сканд на твою задницу только что не молится, но вот ты? Разве тебе не хочется разложить послушное тело и вытрахать его до жалобного скулежа?
— Нет! — Лекс огляделся, — единственная задница, которая меня интересует — это задница Сканда, но он ее бережет примерно, как вы свою казну!
Кирель рассмеялся легко и беззаботно.
— С большей частью казны мне придется проститься в скором времени, когда начнется городская стройка. Так что, иди знай, может ты свое и получишь! Но будь готов к тому, что наложник, как его там? Козюль? Так просто от своих планов не откажется. Не забывай, что он был младшим сыном в богатой семье, и его готовили к жизни в гареме и борьбе за внимание старшего. Он так просто не сдастся! Не хочешь сам — подари другому! Вон выбери любого аристократа и осчастливь его подарком!
— Это все равно, что отдать другому яд в кубке, который предназначен мне. Смотреть, как другой его пьет, а потом корчится в муках!
— Ну, лучше другой, чем ты сам? — удивился Кирель, — благородство, оно тоже хорошо до определенного предела.
Лекс пожал плечами и согласился, а потом вдруг с подозрением посмотрел на Первосвященника.
— А как же Пушан? Разве он согласится, чтобы его младший стал любовником?
— Для начала, ты забываешь, кто я, — Кирель усмехнулся и взял кубок с вином, — я могу делать все, что захочу! И потом, Пушан — разумный человек, он даже будет рад, если его муж приблизится к власти. Это поднимет его престиж среди аристократов, а значит, добавит веса и самому Пушану. И потом, у наследника и так полно дел, он будет только счастлив, если его муж будет занят и перестанет пытаться контролировать его каждую минуту.
Лекс посмотрел на Пушана и задумался, наследник никогда не выглядел моногамным, и когда Гаури закрылся с кладкой, сразу пустился во все тяжкие. Хотя, разве это показатель? Шарп неотступно сидел под дверью Киреля и всем своим видом изображал заботу о муже, но насколько Лекс помнил, у него самый большой гарем наложников… Да и сам Кирель, оказывается, совсем не против… Лекс посмотрел на Сканда, тот почувствовал его взгляд и, повернувшись, тепло ему улыбнулся. Интересно, если бы в доме Сканда был гарем, как здесь принято, то как бы сложились их отношения? Да и сложились бы? Лекс задумался, скорее всего нет, он не позволил бы, чтобы его уравняли с такими, как Козюль или Зюзя… Лекс вздохнул, он, скорее всего, удрал бы вместе с Рархом на поиски приключений, хотя Кирель уже тогда приставил и к нему, и к Рарху своих головорезов. Скорее всего, их обоих прирезали бы по-тихому где-то на выезде из столицы.
