— Я рад, что не все, как Козюль. Есть много умных и храбрых людей, которые не боятся перемен в своей жизни. Посмотри на этих детей, Тиро. Они каждый день учатся новому, и они многого добьются в этой жизни. Они станут мастерами в новых гильдиях и будут каждый день смотреть вперед с надеждой на лучшее. Они будут послушны богам, но не будут висеть, как камень на ноге, а будут, как дети, каждый день учиться новому и радовать богов своими новыми умениями. Вот посмотри на Ламиля, он маленький и он каждый день учится — кушать ложкой, кататься на ящере, играть с детьми, и мы со Скандом смотрим на него и радуемся. Малыш растет! Так и все должны учиться чему-то новому. Новое — это хорошо. Новые клинки лучше старых! Требушеты — новое оружие. Смотри, Тиро, как вовремя боги послали его нам. Ведь без требушетов мы бы не разгромили пиратов. Наши потери были бы ужасными. Пиратов было очень много. Но они действовали как всегда, по-старинке, а у нас было новое оружие, и мы победили. И боги радуются нашей победе, и посылают нам новые подарки. И нам надо только не бояться их принять!
— А я вспомнил! — Тургул указал пальцем на Сканда, — и ты сейчас вспомнишь! У самоедов над входом в дома такие обереги есть. Точно! Смотри топор с перекладиной — зибен, а вот двойной крючок над входом это цвай, петля это зекс, а петля вверх ногами — нойн!
— Айн, цвай, драй, фир! Это счет… — Лекс прикусил язык в последний момент, чтобы не ляпнуть про немецкий язык. В этом мире язык был один на всех, и пояснить про немецкий и английский было просто нереально. — Это те же цифры, но названные иначе. А что, у них тоже есть избранный любимец богов? Откуда у них это знание?
— Про избранного не слышал, — Сканд подошел ближе и заглянул Лексу в глаза, — самоеды вообще очень скрытные. Они живут за дальней северной заставой и чужих не любят. Они сильные охотники и суровые воины, и к ним в селения так просто не попадешь. Мне разрешили войти, когда я снежную тень убил. Тургул командовал в дальнем форте больше года и, скорее всего, тоже добился разрешения попасть после того, как шкуру раздобыл.
— Да, — Тургул поерзал на скамье, — после второго серого меня пригласили в гости. А потом мы даже охотились вместе, и у них в селении несколько раз бывал. Про избранного ничего не слышал. Но вот шаман у них был, старый, уже из ума выжил, но племя за ним смотрело. Он в свое время, когда молодой был, многому их научил. На каждом доме оберег повесил, сказал, духи велели. Железо научил ковать, рыбу коптить. Приучил их мясо солить впрок и ядреное вино из меда делать. Такое, смотришь, как вода прозрачная, пахнет странно, а глотнешь — и прямо как огонь по крови и голова сразу пьяная, будто графин вина выпил!
Лекс рассмеялся. Немец, похоже, научил местных самогон из меда гнать! Интересно будет с ним встретиться.
— А что, шаман сильно старый? Мне бы с ним увидеться… — Лекс с надеждой посмотрел на мужа, тот только пожал плечами.
— Он, когда я уезжал, уже зубы все потерял и на ногах почти не стоял, — Тургул пожал плечами, — вряд ли он этот сезон переживет. У них снега много выпадает и очень холодно бывает. Да и что на него смотреть? Он мозги растерял от старости, когда я приходил проститься, то он уже не соображал, курлыкал что-то непонятное и все. Говорят, он, когда ребенком был, в овраг упал и головой сильно ударился. Его нашли через пару дней и он в горячке пролежал долго, а потом чудной был, говорить заново учился и, вроде как, забыл всех. Ну, тогда шаман, который в то время ученика искал, забрал его к себе и выходил. А потом он уже, как в силу вошел, многое для племени сделал. Помирил с соседями, объединил несколько становищ в одно и укрепил мирные договора свадьбами. Самоеды тогда даже отпор дали нашим войскам и мы остановились в продвижении на север. Это было еще, когда Шарп был наследником. Давно, одним словом. С тех пор у нас там дозор стоит, и мы с самоедами больше торгуем, чем воюем. Купцы любят к ним за шкурами ездить. А им возят зерно и бобы на обмен, и украшения разные, ну, все как обычно…
Лекс прикинул по времени. Шарп уже давно у власти, вон Пушан и Сканд уже взрослые, значит, шаман действительно старый… Жалко, что с земляком поговорить не получится… хотя не земляк по факту, тот, как видно, немец был, но все равно человек с того мира… Лекс пригорюнился, а потом подумал, раз шаман выжил и он сам удержался, то, может, еще есть кто? Вон Гаури цифры опознал, значит, видел раньше, и Кирель называл таких подменыши… Интереснее, кто там, у колдунов обосновался, судя по мату, так точно русский. Да еще и с чувством юмора, одно только приветствие чего стоит!
— Хочешь, к самоедам съездим? — Сканд стоял рядом и пытался по мимике понять, о чем думает любимый, — дорога дальняя будет, да и подождать придется месяца два, пока у них дороги будут пригодны для путешествия.
