А еще он рассказал центурионам о божественных цифрах, и все сошлись во мнении, что такой счет действительно и быстрее и проще, чем привычный. Теперь не надо запоминать, как 23 отличается от 27 в написании, и теперь не надо бояться, что цифры могут перепутать или прочесть не так. А счет с божественными цифрами вообще становится легче легкого и не надо искать грамотея из гильдии счетоводов, чтобы он правильно подсчитал что-либо. Хотя воины никогда счетом особо не заморачивались. Чтобы пересчитать мелочь в кармане, знаний у всех хватало.
Сканд снял с непонятного насеста расстроенного Лекса, велел девкам притащить в купальню большую ванну и разжечь под ней огонь. Опечаленного мужа стоило хорошенько выкупать. Лекс не сопротивлялся. Порой, если проблема не решалась слёту, стоило пораскинуть мозгами, чтобы понять, что же он делает не так… В купальню притащили факелы, они бросали на стены замысловатые отсветы. Сквозняки, казалось, продували со всех щелей одновременно.
— Надо сделать рамы со стеклами на окна, — Лекс разделся и забрался в ванну, — это просто невыносимо, жить в потемках столько дней. Я скучаю по солнцу.
— Потерпи, сердце мое, осталось немного, — Сканд разделся и забрался в ванну за спину Лексу, — глаз Семизуба уже стал меньше. Ветра дуют не так сильно, еще три-четыре дня, дожди закончатся и все будет по-старому. — Сканд набрал в ковшик воды и смыл со щеки мужа след от глины, — хотя, нет. По-старому уже не будет. Вместе с тобой в нашу империю пришли перемены. Когда я вез тебя на расправу брату, я даже не предполагал, что ты станешь моим мужем. У богов странное чувство юмора. Стоит только сказать: «такое со мной никогда не произойдет», и вот тебе подарок на голову! Все случается ровно наоборот от твоих планов… Боги бросили тебя, как камень в тихую заводь. Все было так просто и понятно, и вот все вспенилось, и родное озеро не узнать.
Сканд прижал Лекса к груди и стукнул рукой по поверхности воды. Маленькие волны помчались к краям ванны. Сканд поцеловал рыжика в шею и продолжил:
— И от брошенного камня идут круги по воде, и все меняется дальше и дальше. Пираты должны были утопить нас в крови, а что получилось? Они исчезли, на их кровавые деньги столица отстроит новые кварталы. В старом городе, вместо ветхих суденышек, крепкие новые суда и вместо пиратов по морю поплывут новые торговцы. Там, по словам Лейшана, страшный ажиотаж, все ищут карты побережий или пытаются найти опытного моряка, чтобы объяснил им, где отмели, а где рифы, и в какие города что надо везти…
Детей не приносят в жертву. Теперь у младших появится шанс быть не только комедиантами, музыкантами и шлюхами, но получить достойную профессию. В городе появятся стекло и зеркала. Все не могут дождаться, когда, наконец, гильдия предложит первые образцы. Я думаю, вас завалят заказами. И это еще никто не знает о новых мечах. Когда люди узнают, что гильдия кузнецов будет делиться и появится новая гильдия оружейников со своими секретами, это будет, как в пчелиный улей плеснуть кипятка! Кто уйдет в новую гильдию, кто останется в старой? Будут уходить мастера с подмастерьями или будут набирать полностью новых людей?
А в нашем имении глина всегда была проблемой, из-за нее и камней ничего не росло. Эта земля была бросовой, никто не хотел ее брать. Мне ее подсунули только потому, что мне по статусу положено иметь имение. Я все равно не собирался там делать хоть что-нибудь. А ты говоришь, что из белой глины, которая всем только мешала, ты сделаешь новое волшебство под названием фарфор. Мне даже страшно представить, чем все закончится.
А Теланири? Стоило ему оказаться возле тебя, и круги богов изменили его судьбу. Его город практически пропал. Зато на побережье появился новый город. Мастера получили свободу от жадного князька. Реки поменяли свои русла и все люди на Желтой только вздохнули свободно. Теперь они могут сами торговать своими товарами, а не продавать их за бесценок хапугам из города Теланири. Они не знают, каким богам молиться за такое избавление… Может, им подсказать?
— Только попробуй! — Лекс развернулся и щелкнул зубами на Сканда, тот в ответ втянул его в долгий поцелуй.
— Лекс, Ска! Я тоже хочу купаться с вами! — Ламиль выскочил из дверей и стукнул по ванне руками. Ма попыталась поймать его, но он, смеясь, изворачивался из ее рук, совсем, как Аши.
— Ма, оставь! Лучше раздень его и посади к нам, — Лекс протянул руки к ребенку, сделав вид, что не слышит разочарованного вздоха Сканда. — Иди ко мне, малыш, здесь тепло!
Ма стянула с Ламиля туничку и обмоточки вместе с сандаликами и подсадила смеющегося малыша в ванну к взрослым. Ламиль завизжал от счастья и сразу стал плескаться. Вода из ванны выплеснулась через край и затушила маленький костерок, который послушно тлел под ванной. Раздалось шипение мокрых дров и появился противный запах прелого угля.
