Лекс улыбнулся и показал простейший фокус, которым развлекал маленьких детей. Когда большой палец на руке «отрывали», а потом «приделывали» обратно. На него уставилось несколько пар озадаченных глаз и Лекс, рассмеявшись, показал, как большой палец просто загибается внутрь ладони и как эффектно можно вернуть его на место. Например, сделав вид, что палец во рту, а на самом деле упираясь языком в щеку, или поймать пропажу в воздухе и резким ударом вернуть на место. Когда все поняли суть происходящего, то восхищенно заулыбались, как дети, и уставились на Лекса в ожидании дальнейших фокусов. Лекс спросил у Киреля мешочек с монетами, он предполагал, что Первосвященник не расстанется с находкой так просто, и объяснил фокус колдунов, когда они якобы делали из меди золото. Потом показал медленно и подробно, как монету можно зажать в ладони или закрепить с обратной стороны пальцев, заставив ее «исчезнуть», или просто закинуть внутрь рукава. Главное, заставить зрителей смотреть в другую сторону.
— Но не надо недооценивать противника, — Лекс тяжело вздохнул, — у них, к сожалению, не только фокусы, но и знания. А еще, есть вещи, которые реально опасны сами по себе, а вместе со знанием и опытом, как их использовать во зло, становятся вдвойне смертельны, и именно эти вещи надо у них стащить. Но только так, чтобы они не поняли, что мы подменили одно на другое, а то они начнут искать другие яды, которые мы не успеем распознать вовремя. Поэтому надо, чтобы они считали, что у них все под контролем и они такие умные и хитрые, а мы — наивные дурачки, которые их опасаются и даже немного боятся. Пусть сейчас они хихикают над нами, мы посмеемся над ними в конце.
Кирель тяжело вздохнул, ему эта ситуация не нравилась, но, похоже, придется смириться с таким положением вещей. Монахи и ученики посмотрели на Первосвященника, а потом уставились горящими глазами на рыжика, их трясло от жажды деятельности.
— Начнем с простого и понятного, а потом, возможно, дойдем до сложного. Для начала, камни в мешке на самом деле не гравий, на который похожи. Это отрава и, причем, очень сильная, они выделяют… — Лекс запнулся, как сказать "газ" в мире ящеров? — …ядовитый воздух, который не имеет собственного запаха, но при этом убивает, если им надышаться, а белые прожилки в них позволяют этим камешкам загораться при сильном сжатии. Именно поэтому земля под ногами загоралась и ее нельзя было потушить, пока она не прогорала сама по себе.
Лекс достал из ступки красный шпат и продемонстрировал монахам, те потрясённо переводили взгляд с камня на Лекса, ведь он сам только что говорил, что такие камни опасны.
— Не волнуйтесь, у меня в руках не красный фосфор, а полевой шпат, они немного похожи. Мы его наколем в нужный размер и подменим в мешках колдунов. Главное, чтобы мешки выглядели, как обычно. Поэтому, когда будете менять камни: во-первых, не дышите рядом с камнями колдунов. Возьмите плотную шкатулку, в которую ссыпьте из их мешков отраву, а потом насыплем в мешки колдунам своих камешков и будем надеяться, что те не будут присматриваться, прежде чем решат их использовать. Поэтому, во-вторых, обратите внимание на узлы, чтобы повторить их в точности.
Монахи кивнули, и Лекс продолжил:
— В круглые горшочки мы насыплем песка. Скорее всего, там черный порох. У нас есть вулканический черный песок, он немного похож на порох. Можно попробовать измельчить его в более мелкую фракцию… — Лекс задумался, — хотя было бы надежнее просто налить в горшки воды, хоть по ложке… но боюсь, это будет заметно… поэтому просто заменим один черный порошок на другой. Крин, ты помнишь, как выглядел тот порошок, что я засыпал в бочонки перед взрывом? — Крин молча кивнул головой и Лекс обрадовался, — прекрасно! Тогда марш за новой ступкой и черным песком. Измельчите песок, пока он не станет похож на черный порох. Хотя он будет пахнуть иначе и на ощупь отличаться, но будем надеяться, что когда дело дойдет до него, у колдунов не останется времени на раздумья. Главное, чтобы до поры до времени сами горшочки не вызывали сомнений.
Лекс посмотрел на подручных Киреля.
— Вы помните, как выглядит та бумага, которой запечатываются круглые горшочки? — монахи молча кивнули, в их глазах зажглось понимание. Лекс хмыкнул, — прекрасно! Тогда надо изготовить такую же бумагу. Она, скорее всего, приклеена к горшкам клейстером. Я позже покажу, как его варить, это несложно. И что у нас остается? Маленькие амфоры, запечатанные красным, похожим на стеклянный мед? Здесь придется повозиться, но мы приложим максимум усилий, и у нас все получится.
Лекс похлопал в ладоши, привлекая внимание.
