— Ты смотришь на него со своей точки зрения и через собственные воспоминания, — Сканд притянул к себе растерянного мужа, который виновато поднимал плечи, — поверь, не все воспринимают это так болезненно, как ты. И, более того, если ты расспросишь Броззи, то узнаешь, что он, скорее всего, уже бывал принимающей стороной. В этом нет никакой катастрофы. — Сканд ухмыльнулся, увидев растерянность на лице Лекса. — Многие учителя таким образом проводят обряд инициации, когда отдают ученику свое знание и свое семя, тем самым он становится частью семьи. Учитель начинает отвечать за ученика, как за кровного родственника. Это дает ученику дополнительную защиту и гарантии. В армии тоже такое есть, почти все через это прошли, — Сканд пожал плечами, — я избежал этого только потому, что Тиро был мне скорее отцом, чем наставником. Он же защищал меня перед другими воинами, его авторитет не позволял прочим приставать ко мне, пока я был совсем юным. А потом я сам начал защищать себя. Но, как правило, каждый молодой воин ищет себе наставника. Он будет учить его помимо общей подготовки, прикроет его спину во время боя. А это значит, что у него появится больше шансов дожить до конца контракта. Часто это перерастает в крепкую дружбу, практически, в братство.
Сканд увидел растерянное лицо рыжика с круглыми глазами и, рассмеявшись, поцеловал приоткрытый рот.
— Но когда Тиро или я говорим о побратимах, это не значит, что мы перетрахали половину войска! Побрататься можно и на поле боя, когда выстоял в схватке и победил. Это восхитительное чувство победы! Когда стоишь над поверженным врагом в своей и его крови и понимаешь: бой окончен, а ты жив! В душе такой восторг, прямо как оргазм. Просто до крика, до дрожи в ногах! И на твой победный вопль отзываются твои братья — побратимы по бою. Непередаваемое чувство вновь ощутить себя живым! Тогда хочется пожрать, выпить и потрахаться. И вот тогда младший воин поможет наставнику снять напряжение и расслабиться. Тиро в этом отношении было хуже, чем остальным. Потому что у меня самое большее, что он просил, это найти его сапоги после попойки!
— Оу! — восхитился Лекс и запустил руки под тунику мужу, — так твоя задница достанется мне первому?
— Даже не сомневайся, — Сканд засмеялся, — не думал, что когда-либо соглашусь на такое, но ты правильно все сказал: ты — это ты. Ты уже давно часть меня, и я даже не могу представить, как это — остаться без тебя… Если ты этого хочешь, то пожалуйста! В любое время, когда скажешь…
— Спасибо! — Лекс встал и прижался к Сканду, обхватив его мощное тело, его точно так же сильно и уверенно обняли в ответ, — вот только разберемся с колдунами, а то в голове будто каша, все вперемешку. А мне хотелось бы сделать все красиво и правильно, чтобы ты остался довольным и счастливым, как я с тобой.
Сканд только примерился, как бы половчее уронить рыжика на кровать, чтобы провести мастер-класс, но в дверь настойчиво застучали, похоже, не только кулаком, но и ногами. Генерал недовольно рыкнул, как ящер, у которого пытаются из пасти вытащить кусок мяса, но с той стороны послышался взволнованный голос охранника с ворот:
— Сканд, Лекс! Там монах пришел, сказал, по важному и срочному делу, и даже как бы по просьбе Лекса, и ему надо срочно поговорить с Избранным.
— Проводи его в атриум! — крикнул рыжик и стал отбиваться от возбужденного мужа, — Сканд, это важно! У нас еще будет время, отпусти! — Лекс вырвался из загребущих ручек и, распахнув дверь, почти налетел на недовольную Оливу, которая стояла, скрестив на груди руки, и не давала пройти. — Олива, с дороги! Займись лучше подготовкой к свадьбе, что там надо? Котлы достать? Дров наносить? Организуй людей, пока Тиро не вернется! А мне сейчас не до тебя! Пофыркаешь на меня, когда все закончится!
Лекс рванул в атриум, перед ним как раз мелькнула спина монаха в белой сутане. Лекс принюхался к запаху, надеясь поймать запах Киреля, но благовония перебивали все. Лекс даже морально приготовился к тому, что вместо Киреля пришел Пятый, но стоило захлопнуть за собой дверь атриума, как монах развернул плечи и выпрямил спину. Это был Кирель собственной персоной.
— Я не ожидал, что ты так быстро придешь! — воскликнул Лекс и потянул Киреля вглубь атриума, подальше от дверей, — присядем, надо кое-что обсудить без лишних ушей.
— Я так и понял, что ты не захочешь говорить все при старших, — усмехнулся Первосвященник, — какая помощь тебе нужна?
— Боги сегодня ночью спросили меня точно так же, — улыбнулся рыжик и притянул Киреля на ближайшее кресло, — но от них я попросил совета, а вот от тебя попрошу реальной помощи.
— Боги с недавнего времени стали говорить со мной тоже, — Кирель усмехнулся своим идеальным ртом, — они молчали, когда мне нужен был совет, они не обращали внимания на мои просьбы, но потом они велели мне вернуться в Столицу и найти тебя. Защищать и помогать, и доверять тебе, как им. Они сказали, что ты их любимое дитя, и они доверяют мне заботу о тебе, так же, как я доверил Ламиля в твои руки. Так какая тебе нужна помощь, дитя?
