- Он мне большой! - Лекс недовольно снял украшение, а потом задумался, - или это не мне? Сканду? - ящерка ничего не ответила и помчалась из сокровищницы, - похоже, и не тебе, дорогой. Ладно, разберемся…
Они вышли из сокровищницы и Сканд, напоследок прикинув объем сокровищницы, помог монаху поставить дверь-стену на место. Стена опять стала казаться тупиком коридора и все отправились за ящеркой, которая как ребенок подпрыгивала от нетерпения. Они отправились назад, но потом завернули в очередной тупичок, прямо как в лабиринте. Лекс посмотрел на пол и заметил вытертый сегмент, как от двери, которая просела и затирает низ. Монах дернул за держатель для факелов, который торчал на стене, и неширокая каменная дверь отворилась, скребя каменный пол.
Там оказался такой же темный коридорчик. Лекс почувствовал ожог на ноге и поднял подол, чтобы посмотреть, что происходит. Ящерка стояла одной лапой на его ноге и клипала глазками.
«Помоги им» - раздалось в голове. Лекс недоумевающе огляделся по сторонам, выискивая, кому именно нужна помощь, но стоило посмотреть вниз, чтобы спросить, у ноги лежал кусочек каменного угля. Лекс присел и поднял его. Уголек был горячим, но не обжигал пальцы и даже не выглядел, как будто горел до этого. Простой кусочек угля – и все. Разве что заметно теплый.
- На, - Лекс протянул уголек Сканду, - вернем потом в жаровню.
Сканд без вопросов принял уголек и положил его в мешочек, где раньше лежало подношение праматери. Они вышли в новый коридор. Здесь пахло иначе. Было пыльно и сухо. Вдалеке слышался свист кнута и стоны. Лекс сразу рванул на звук, и вскоре выскочил в большую комнату, которая была тускло освещена из открытой настежь двери. Там одни монахи избивали кнутами других, тех, что стояли у стены. Лекс растерялся, а потом заметил, что под стеной сидят монахи в жалких лохмотьях, когда один несчастный отходил от стены, другой снимал свое рубище и становился на его место, чтобы получить несколько ударов плетью и, замотавшись обратно в ошметки одежды, сесть у другой стены.
- Что здесь происходит? - Лекс посмотрел на старого монаха, а потом крикнул, - НЕМЕДЛЕННО ПРЕКРАТИТЕ ВСЕ!
- Вы напрасно заступились за них, Избранный, - старый монах недовольно поморщился, а потом цепко посмотрел в глаза, - они умудрились потерять священный огонь в своих храмах и допустили, чтобы ложе Саламандры остыло! Теперь они должны понести наказание за свою леность. Стоило бы омыть стены их храмов их же кровью, но боюсь, такое недостойное подношение не порадует прародительницу.
- Так, немедленно прекратили это издевательство! - Лекс прикинул, что можно сделать. Если строения стандартные, то это значит, дырка на потолке для вывода дыма и угарного газа, а значит, можно провернуть тот же фокус, как и в империи. - Я верну огонь в храмы. Сколько храмов? - узнав, что восемь, прикинул, - я буду приходить в полдень. Пусть меня ждут с растопкой и углем. Покормите этих несчастных и переоденьте в нормальную одежду. Вы увидите чудо явления небесного огня. И не вздумайте устраивать церемонии очищения храмов монашеской кровью. Все монахи должны быть живы, чтобы искупить свою ошибку служением на протяжении жизни, а не просто смертью и размазанной кровью на стенах храмов.
Все склонились перед любимым сыном Саламандры, а избитые тощие монахи плакали от радости, что вскоре их мучения закончатся. Лекс заметил, что до сих пор сжимает в руке золотой обруч, и продел сквозь него руку, как через большой браслет, после этого показал жестом, что хочет выйти на улицу.
Оказывается, это был вход в большой зал, где сидело много монахов и, похоже, молились, а может, ждали чего-то... Лекс махнул на них рукой, чтобы не вставали, и гордой павой поплыл дальше. Хотелось выбраться отсюда и оказаться подальше от всего, желательно до того, как всем станет известно, что он встречался с Саламандрой и теперь тащит из сокровищницы, видимо, старинную вещь. Хотелось рассмотреть ее, подумать, что бы это значило, что делать дальше с новой проблемой из-за данного обещания, и еще… поесть. Позавтракать толком не удалось, чтобы сбежать до того, как Ламиль проснется, а сейчас время больше полудня, поэтому хотелось не просто есть, а жрать! Схватить что-нибудь двумя руками, большое и сочное, и рвать на кусочки, жадно глотая! В животе сразу прозвучали фанфары голодного желудка, и Сканд рассмеялся.
- Слышу призывные звуки! Проголодался, родной?
- Готов оторвать ногу от ящера и сожрать сырой! - сознался Лекс. - Здесь есть таверны?
- Они тебе не понравятся, - предупредил Сканд, - да и до дворца ближе.
- Ну, тогда чего мы ждем?
Сканд опять громко рассмеялся и показал жестом на дверь. За ней светилась зелень и солнечные лучи. Сканд пошел первый, по привычке проверяя, нет ли опасности, а в руку Лекса вдруг вцепился старый монах.
- Может, разделите трапезу с братьями? Мы все так ждали вашего появления в храме, о Избранный, возлюбленный сын Саламандры!
