С тех пор так и повелось. Лекс объявлял задание, а в конце дня определялся победитель. А потом красивый парень показывал хитрые приемы, как обороняться голыми руками или палкой. Для того, чтобы все было честно, построили еще один требушет, и теперь было две команды победителей и две проигравших. Они стреляли на время и рассчитывали, на каком расстоянии, в зависимости от веса корзины, упадет камень. Лекс очень просто продемонстрировал им влияние веса корзины на дальность полета камня, однажды просто забравшись в корзину и увеличив ее вес. Камни предварительно покрасили, а потом с удивлением рассчитали, на сколько шагов дальше отлетел камень после того, как туда забрался неугомонный рыжик.
К концу второй недели воины могли собирать и разбирать требушет с такой же легкостью, как застегнуть собственные сандалии. Когда Лекс решил, что большего они уже не добьются, он подошел к Тургулу и сообщил, что пора посылать весть Сканду, что они готовы продемонстрировать новое оружие. Центурион так и поступил. На следующее утро он отправил верхом воина со свитком официального сообщения и устным сообщением от Тургула лично Тиро.
Тургул дал своим людям выходные дни. Они чистили одежду и точили оружие. Лекс тоже заточил свой трофейный кинжал, а потом отполировал и сделал из кожаного ремешка удобную ручку. Все были готовы к длительному ожиданию, но на третий день примчался гонец, который сообщил, что император в пути и прибудет в имение к вечеру. Это был тот воин, которого центурион посылал с сообщением. Он же привез Тургулу небольшой свиток, который вручил, как только спустился с ящера.
Центурион жадно прочел его, а потом недовольно рыкнул и, скомкав, отбросил в сторону, после чего бросился к воинам, как будто его за филей укусили. Пока Тургул кошмарил своих воинов под видом наведения дисциплины, любопытный Лекс поднял смятый папирус и утащил к себе в комнату. К сожалению, развернув его, он понял, что как последний идиот не озаботился узнать местную грамоту и поэтому не может прочесть единственную фразу, коряво нашкрябанную на папирусе. Главное, с цифрами разобрался, а вот про чтение совершенно забыл.
За дверью маячил монах, но Лекс не решился узнать у него, что там написано, поскольку совершенно не доверял шпионам Киреля. Вся надежда была на Рарха. К счастью, тот вместе с Сишем был в своей комнате. Лекс отправился к другу и с удовольствием закрыл дверь перед любопытным носом монаха.
— Рарх, ты готов к приезду императора? — громко спросил Лекс, а потом шепотом добавил, — ты читать умеешь?
— Я очень волнуюсь, — громко ответил Рарх и молча кивнул рыжику.
Лекс протянул ему папирус, и Рарх, взглянув на текст, только недоуменно поднял плечи. А потом приблизился к уху рыжика и быстро прошептал:
— Я не понимаю, но здесь одна фраза: «Даже не вздумай, Сканд тебе голову откусит» и нет ни подписи, ни пояснений.
— Не волнуйся, все будет хорошо! — громко ответил Лекс и, сложив записку, опять спрятал ее за пояс.
После этого с самым независимым видом вышел из комнаты. Монах отпрянул от двери и, как обычно, безмолвно замер неподалеку. Лекс побродил немного по дому, но сейчас по нему бегали слуги, убирали, расставляли свежие цветы и бросали в жаровни благовония. Жена управляющего металась следом за домашними рабами и пыталась усмотреть за всеми сразу. На кухне был такой же ажиотаж, только там сидел сам управляющий и нервировал поваров.
Лекс от нечего делать вернулся в свою комнату и переоделся в длинную рубашку, которую надевал пару раз, когда приходилось ужинать с управляющим. Накинув на плечи палантин, он с самым независимым видом вышел из комнаты на улицу. Там уже собирались воины вексилляции. Их мечи сверкали, одежда ровными складками была заложена на широких поясах, а кожаные доспехи поблескивали, как глянцевые. Заметив рыжика, они сразу приосанились и стали довольно улыбаться.
Вскоре послышались фанфары, Лексу сразу захотелось стать маленьким и куда-нибудь спрятаться, но вместо этого пришлось встать рядом с Тургулом и сделать довольное лицо. В конце концов, все это ради свободы Рарха и осталось потерпеть совсем немного. Император ожидаемо приехал в сопровождении телохранителей и Сканда на зубастом зеленом ящере. Лекс только хмыкнул, значит, синий зубастик Шу так и остался сторожить кладку? Хм, похоже, синий громила Шу более ответственный родитель, чем Пушан… А потом из-за спин ящеров появился паланкин в сопровождении монахов, и настроение у Лекса пропало окончательно.
Пока управляющий кудахтал над приехавшим хозяином, первосвященник выбрался из паланкина и, игнорируя суету во дворе, отправился прямиком к Лексу.
— Мальчик мой, — Хранитель Материнской кладки прижал растерянного рыжика к приторно пахнущей рясе, а потом с тревогой заглянул ему в глаза, — тебя здесь обижали?
— Нет, что вы, — Лекс забарахтался, пытаясь выбраться на свежий воздух, — все прекрасно, благодарю за заботу.
— Ну как, ты выполнил предназначенное? — Кирель смотрел с такой заботой в глазах, что впору было разрыдаться от умиления.
