Ник еще раз всмотрелся в кучи строительного мусора, в которые превратились когда-то вполне благополучные дома, и ему показалось, что он сумел рассмотреть какое-то движение. Впрочем ручаться за это он бы не стал. Серое на сером… вполне может оказаться, что это была просто игра света и тени.
— И много там китайцев? — спросил Ник.
— Двенадцать человек и два джипа, — сказал Ломтев.
— Как ты можешь это знать?
— У меня свои способы, — сказал Ломтев.
— А на лодки эти твои способы распространяются?
— Я вижу несколько штук, но не могу сказать, в какой степени они повреждены, — сказал Ломтев. — Полагаю, он тоже не может, вот и пошел это выяснить.
— Ты ему доверяешь? — спросил Ник.
— В рамках его текущей миссии, вполне, — сказал Ломтев. — А так, конечно же, нет.
— Почему?
— Вопрос доверия для меня очень сложен, — сказал Ломтев. — В этом мире вообще нет людей, которым я мог бы полностью доверять.
— Включи моего отца?
— Да, — сказал Ломтев.
— Почему? Он плохой человек?
— Плохой ли человек, хороший ли он, это никакого отношения к вопросам доверия не имеет, — сказал Ломтев. — Все дело в целеполагании. Пока ваши цели совпадают, ты можешь доверять кому угодно. Но как только они расходятся, то жди беды. Я не говорю, что это правило, но случается, что и очень хорошие люди бьют тебя в спину, потому что видят будущее не совсем так, как ты.
— Ну да, — сказал Ник. — Не надо было спрашивать.
— Он связывался с кем-то ночью, пока ты спал, — сказал Ломтев.
— И о чем они говорили?
— Я так и не понял, большая часть была на армейском сленге, которым я не владею, — сказал Ломтев. — Но я не думаю, что сегодняшняя картина разрушений стала для него сюрпризом.
— Почему же он ничего не сказал?
Ломтев пожал плечами.
— Не знаю, — сказал он. — Может быть, он хотел, чтобы ты все увидел своими глазами. Может быть, у него какие-то другие мотивы.
— И тем не менее, в рамках его текущей миссии ты ему доверяешь.
— Да, — сказал Ломтев. — Он сделает все, чтобы оставит тебя к твоему отцу.
— Меня? — уточнил Ник. — Или тебя?
— В вопросе доставки здесь нет никакой разницы.
— Зато во всех остальных вопросах она огромна, — сказал Ник.
— Вот, — сказал Ломтев. — Ты начинаешь что-то понимать. Но не накручивай себя напрасно, ты все-таки его сын.
— Которого он оставил.
— Ради твоей же безопасности.
— И ни разу не навещал.
— Ради твоей же безопасности.
— Да ну к демонам, — сказал Ник. — Я не верю, что все это ради меня. Эта спасательная операция, эти смерти, эта лодка, которая нас якобы ждет… Все это ради того, чтобы заполучить тебя. Все это время он просто охранял свое оружие.
— Нет, — сказал Ломтев. — Это не так. Не драматизируй ситуацию. Я понимаю, ты молод и не слишком опытнее в такого рода вещах, по правде говоря, я и сам в них не слишком опытен, но подумай сам. Для того, чтобы сохранить оружие, совсем необязательно отправлять его в другую страну и создавать ему комфортные условия для жизни. Есть способы гораздо проще.
— Например?
— Например, не вживлять тебе в тело блокирующий артефакт.
— Эм… да, — согласился Ник. — Но тогда…
— Тогда тебя бы уже не было, а он получил бы свое оружие уже очень давно, — сказал Ломтев. — Так что подумай пока об этом.
— Все равно это какая-то мутная история, — сказал Ник.
— Ты даже не представляешь себе, насколько, — вздохнул Ломтев. — Но боюсь, что после моего невольного… воскрешения ни у кого из ее участников уже не было выбора.
— И в первую очередь — у меня.
— Мне жаль, — сказал Ломтев. — Действительно, жаль. Я предпочел бы, чтобы все сложилось по-другому. И я все еще надеюсь, что существует способ освободить тебя от моего присутствия.
Разумеется, Ник о таких способах ничего не слышал, но это ничего не значило. Он также не слышал, что умершие деды могут вселяться в своих внуков, и если бы ему кто-то рассказал об этом раньше, то вряд ли бы поверил.
А вот поди же ты…
Могла бы получиться неплохая идея для комикса или телесериала. Проблема только в том, что все эти идеи остаются неплохими ровно до тех пор, пока ты сам не превращаешься в центрального персонажа этого комикса или сериала, и не начинаешь отгребать по полной.
— Кстати, китайцев только что стало на одного меньше, — заметил Ломтев.
— Почему? — затупил было Ник, но почти сразу же сообразил. — А, ну да. Кларк.
— Кларк, — согласился Ломтев.
— Зачем он это делает? — спросил Ник.
— Потому что это война, а он — солдат.
— Это не ответ, — сказал Ник.
— Другой ты можешь получить у него самого. И их осталось десять.
— Как ты это делаешь?
— Это входит в княжеский пакет поставки, — сказал Ломтев. — Кое-что я могу применять и из такого положения, как выяснилось.
— А…
— Это касается только наблюдения, — сказал Ломтев. — Активно действовать отсюда у меня не получится.
Жаль, подумал Ник.
Ему было любопытно, как эти действия выглядят со стороны. До сих пор он мог наблюдать только их последствия. А впрочем, не так уж и любопытно, решил он по некотором размышлении. Последствия выглядели ужасно, и, наверное, даже лучше, если он не может видеть сам процесс.
Снизу, из развалин поселка, понеслась короткая рваная автоматная очередь. И тут же стихла.
