– Я ведь не просто так, а для дела стараюсь, – притворно обиженным голосом заметил Лев Иванович и, распрощавшись с Петром Николаевичем, протянул для приветствия руку подошедшему Чижову.
– А я вам звонил, Лев Иванович, но вы, наверное, заняты были, – поздоровавшись, сказал молодой оперативник. – Решил сам приехать.
– Правильно решил, – одобрительно кивнул Гуров. – Рассказывай, что узнал о Юркове.
– Может, внутрь зайдем, а то я замерз как собака, – поежился Чижов.
– Пойдем в кабинет Углова, – после секундного раздумья предложил Лев Иванович, и они вошли в управление.
В кабинете никого не было. По всей видимости, Илья Викторович уехал вместе с подозреваемым и группой специалистов откапывать голову Барковой. Гуров прошел к тумбочке, на которой стоял электрический чайник и, заглянув в него, сказал:
– Полный. Где-то я видел у них тут и кружки, и заварку. Будешь чай?
– Буду все горячее, – ответил Чижов.
Поставили кипятить воду и заварили черного крепкого чаю. Пока Лев Иванович насыпал заварку и разливал в кружки кипяток, оперативник рассказывал, с кем и о чем он сегодня разговаривал по поводу личности и характера Юркова. Оказалось, что и сестра, и все, кто работал сейчас с Сергеем Александровичем, отзывались о нем хорошо и все чуть ли не в один голос утверждали, что Юрков ведет себя открыто и в связях ни с кем подозрительным замечен не был.
Общался бывший осужденный только с сестрой, сослуживцами и еще с одной женщиной, которую сестра, по ее же собственным словам, прочила ему в жены. По словам сестры Юркова, Леды Александровны, женщина эта была очень красивая, и ее брат был влюблен в нее чрезвычайно. Но кто она и кем работала, Неумывайко не знала. Брат о ней не рассказывал никому, даже когда сестра его об этом просила, отделывался парой общих фраз ни о чем. Правда, в последнее время Илона, так звали женщину, куда-то пропала и не отвечала на звонки брата. Сергей, опять же, по словам сестры, очень о ней беспокоился и даже хотел пойти в полицию и заявить об ее исчезновении.
– Надо бы нам этого Юркова пригласить на опознание, – заметил как бы между прочим Лев Иванович, а потом, вспомнив, что Чижов не в курсе последних событий, рассказал ему о том, кто на самом деле была убитая женщина, дело которой они сейчас расследуют.
– Он что, не знал, что она аферистка? – удивленно задал чисто риторический вопрос Юра. – Она, может, и его вокруг пальца собиралась обвести, и его сестрицу при удобном случае обворовать? Я был у Неумывайко в квартире, живут братец с сестричкой далеко не бедненько и даже не средненько. Видать, муж у Леды Александровны был какой-то чиновничьей шишкой или бизнесменом.
– Может, и не знал, а может, и подельником ее был. Помогал вещички краденные вывозить и сбывать, – задумчиво отхлебывая чай, ответил Лев Иванович. – Но это, Юра, уже не нам с тобой выяснять. Пусть теперь с этим делом Илья Викторович сам возится. У меня другие заботы образовались.
– Вы по поводу пропажи Тарасовой и ее дочери? – быстро догадался Чижов.
Этот молодой оперативник нравился Льву Ивановичу. Он моментально, буквально на лету, схватывал самое главное в расследовании и старался мыслить не штампами, как большинство даже много лет проработавших оперативников, а неординарно, используя при своей работе все новые технологии и инновации в области криминалистики. Работал он в управлении уже третий год, и Орлов, выделяя его из молодых оперативников, поручал ему порой весьма серьезные и требующие особого внимания дела.
– Да, меня беспокоит, что Светлана Тарасова так неожиданно уехала от мужа. Девочке нужно было идти первого сентября в школу…
Гуров замолчал. Неожиданно ему пришла в голову мысль, которую надо было срочно проверить.
– Юра, я сейчас дам тебе номер телефона Коваль Галины, это сестра пропавшей Светланы Тарасовой. Ты встреться с ней, а если нужно, то и с матерью Светланы, и узнай у них, в какую школу ходила Соня. Наведайся в эту школу, или гимназию, или как там называется это учебное заведение, куда девочка была определена. Нам нужно знать, забирала ли Тарасова документы дочери из школы, и если забирала, то куда она собиралась переводить девочку. А заодно поинтересуйся, не знают ли они, бил ли Светлану муж? Я вроде бы задавал им такой вопрос, но точно не помню. Так что поспрашивай еще и ты. В общем, задавай вопросы об отношениях в семье Тарасовых. В том числе и как Эдуард Никитович относился к Соне. Понял?
– Понял. Все под запись? У меня и диктофон есть. – Чижов достал из кармана айфон. – Вернее, крутое, профессиональное приложение для качественной записи бесед и лекций. Если надо, я вам название скину…
Юра начал было и дальше расхваливать приложение, но Гуров прервал его.
– Ладно, верю. Ты меня такими вещами не грузи. Я в технике все равно как был, так и останусь лузером. Так сейчас говорят? В общем, ты понял свою задачу. А я попробую еще раз наведаться к Тарасову и побеседовать с ним о его жене. На этот раз я буду задавать ему уже другие вопросы.
