А дальше мужчина и женщина, катя за собой большой чемодан на колесиках, вошли в здание аэропорта. Олегу, чтобы проследить их дальнейший путь, пришлось переходить на видео, снятое другими камерами. Как охранник и обещал Льву Ивановичу, камеры на входе и внутри зафиксировали весьма четкое изображение парочки. И если вначале Гуров еще надеялся, что женщиной могла быть Светлана Тарасова, но просто поменявшая внешность, то теперь он был точно уверен, что перед ним совершенно незнакомая женщина. К тому же не славянского типа. Как и мужчина, который шел рядом с ней.
Фотографию Светланы Лев Иванович видел сегодня, когда после разговора с Тарасовым заезжал в отделение полиции, в котором мать и сестра женщины подавали объявление об ее исчезновении. Молодой оперативник, которому назначили поиск Светланы и Сони, даже обрадовался, когда Лев Иванович сказал ему, что он из Главного управления МВД по России и тоже заинтересован, чтобы найти мать, а особенно девочку.
– А вам-то какой интерес искать обычных граждан? – сначала не понял Дробышев – такой была фамилия оперативника. – Или эта дамочка убила кого-то? А может, она этого ребенка похитила? Такое тоже бывает, – рассуждал лейтенант, желая произвести положительное впечатление на полковника из управления. – Мамочку лишают материнства, ребенка отдают в детский дом, а она его оттуда выкрадывает, – тараторил он.
– Нет, в этом случае все обстоит не так, – улыбнулся Гуров, наблюдая за молодым оперативником. Тот все время делал вид, что очень занят и ищет у себя на столе и в сейфе какие-то документы. – Есть подозрение, что побег женщины с девочкой был лишь прикрытием, а на самом деле их могли убить. И это только один из вариантов. А так как есть большая вероятность, что над несовершеннолетним ребенком были совершены насильственные действия, я сам хочу разобраться в этом деле и найти их. Окажутся живы и здоровы – и хорошо. А если нет, то думаю, что тогда нет нужды объяснять, что делать дальше.
– Ну да, я понимаю. Поэтому ищите, если так надо. Я следователю так все и растолкую. Удачи. Но если я буду нужен, то скажите. Я тоже подключусь.
– Обязательно скажу, – пообещал Лев Иванович. – Даже наверняка скажу. Мне понадобится узнать кое-какие сведения о Тарасовой. Я вам прямо завтра и позвоню.
– Завтра? – несколько сник лейтенант, но потом все-таки согласился: – Звоните… Чем смогу. Зашиваюсь, правда, но звоните.
На том и порешили. Гуров внимательно прочитал, а потом и скопировал на ксероксе описание внешности самой Светланы и Сони и их фотографии. И вот теперь, глядя на записи с видеокамер, Гуров понимал, что коль на машине Светланы в аэропорт приехали совершенно чужие люди, то есть большая вероятность, что с Тарасовой и ее дочерью все-таки случилась беда.
И чем дальше Лев Иванович наблюдал за действиями незнакомцев, тем сильнее у него возникало предчувствие, что женщины и девочки уже нет в живых. Сначала Гуров подумал, что Светлана все же продала кому-то свою машину или ее угнали. Но он сразу отбросил эту мысль. Если бы это было так, тогда почему об этом ничего не известно Жене? На его запрос в ГАИ об этом сразу бы сказали. Но Женя ясно дал понять Гурову, что машина в угоне не значилась, и ее не оформляли на другое лицо. То есть официальной продажи машины не было. А это означает, что «Тойота Камри» по-прежнему принадлежит Светлане Тарасовой.
Пока Гуров размышлял над всеми нестыковками, мужчина и женщина на видео сдали чемодан в камеру хранения и вышли из здания аэропорта. Охранник вновь перешел на просмотр внешних видеокамер. Незнакомцы, вернувшись к машине, снова открыли багажник и достали из него еще один чемодан и большую сумку. Закрыв машину, они спокойно направились к месту стоянки автобусов. Там они сели в маршрутное такси и укатили.
– Хм, странно все это, – задумчиво подпер голову рукой Лев Иванович. – Зачем уезжать на маршрутке, если есть автомобиль? – задал он себе вопрос и вслух же сам на него ответил: – Если только им не нужно было замести следы и создать видимость, что приехавшие на машине улетели куда-то на самолете.
– До чего это глупо – так думать, – прокомментировал мысли Гурова охранник. – Я не о ваших рассуждениях, а о том, как кондово размышляли эти люди, совершая такие действия. Сейчас ведь везде камеры стоят. Все, каждый уголок аэропорта, просматривается. Дичь какая-то – так вот поступать.
– Возможно, что они об этом не подумали, – все так же в задумчивости ответил Лев Иванович, а потом попросил: – Давайте-ка мы с вами посмотрим видео за остальные два дня. Вернее, чтобы было проще, сделаем так. У нас ведь есть возможность сейчас сделать фото этих двух людей? Вот и давайте введем их в поиск по идентификации личности и посмотрим, появлялись ли они в аэропорту в последние два дня.
– Что ж, попробуем, – согласился Олег. – Так будет проще и быстрее, чем просто просматривать видеозаписи с камер на входе в здание.
Через некоторое, совсем небольшое время Гуров уже точно знал, что ни мужчина, ни женщина больше в домодедовский аэропорт не возвращались.
