– Фамилию еще не узнал. Но надеюсь, что когда попаду на почту Тарасовой, то там из ее переписки с этим Аликом все и узнаю, – ответил Дробышев. – Наталья тоже не знает. Светлана не говорила фамилию. Этот таинственный Алик был зарегистрирован на том же сайте знакомств, что и Светлана. И якобы, опять же со слов Натальи, Тарасова сама его нашла, он ей понравился, и она позвонила ему. А так как он не москвич, то они договорились сначала переписываться по имейлу и лучше узнать друг о друге.
– Узнали, значит, – снова озабоченно нахмурился Лев Иванович. – Раз она к нему рванула вместе с ребенком, значит, они о чем-то договорились в своей переписке. А Наталья случайно не знает, откуда взялся этот Алик? Где он живет и куда уехала ее подруга?
– Нет, не знает. Светлана только рассказала ей, что нашла наконец-то мужчину всей своей жизни и намерена уехать к нему, оставив мужа. Подруге она пообещала позвонить сразу, как только устроится на новом месте, и пригласить ее на свою свадьбу. Но предупредила, что это будет не раньше, чем через месяц или даже полтора. А потому Наталья и не думала, что Тарасова потерялась. Она была очень удивлена, что мать и сестра ищут Светлану, и что она им, ничего не сказав, уехала.
– Значит, так. Нам нужно срочно войти на почту Тарасовой и узнать, с кем она переписывалась и куда могла уехать. И сделать это нужно прямо сейчас. Бандит Лелик был прав, когда изрекал свою знаменитую фразу «куй железо, не отходя от кассы», – поставил точку в разговоре с Дробышевым Лев Иванович и вопросительно посмотрел на Сергея. – Или у тебя другие планы на вечер?
– Свиданий с девушками я на сегодня не назначал, родители у меня вполне самостоятельные, а желание вытянуть ноги на диване перед телевизором можно и задвинуть до лучших времен, – бодро ответил Сергей, чем еще больше расположил к себе Гурова.
– Вот и отлично, – одобрительно улыбнулся Лев Иванович. – Значит, пойдем, я покажу тебе твое рабочее место, и пока ты будешь добывать нам ценные сведения, я уберу грязную посуду и сварю кофе. Лады?
– Лады, – согласно кивнул Дробышев и направился следом за Гуровым в его кабинет.
– Ого, да у вас отличный десктоп! Небось немалых бабок стоит, – одобрительно посмотрел на Гурова Сергей.
– Десктоп? – не понял Лев Иванович. – Расшифруй.
– Да вы что? Десктоп, это же стационарный персональный компьютер, – улыбнулся Дробышев. – Ну вы, Лев Иванович, даете! Иметь такой навороченный комп и не знать элементарной айтишной терминологии…
– Ну, как-то так, – смущенно развел руками Гуров.
Он всегда чувствовал себя неловко, когда его подлавливали на том, в чем он не очень-то разбирался – в новых технологиях. А вернее, практически ничего в этом не смыслил. Он не стал объяснять молодому оперативнику, что компьютер ему выбирал и покупал на его, Гурова, деньги один из знакомых айтишников Крячко. А до этого у Льва Ивановича был старенький, еще чуть ли не из первых моделей компьютер, которым полковник практически не пользовался. Жена Гурова, вытирая пыль в кабинете мужа, постоянно ворчала по этому поводу и просила выкинуть этого «допотопного монстра» на свалку.
– Стоит, только пыль собирает, – говорила она. – Другого назначения у него в этом доме нет.
– Пусть стоит, – добродушно отмахивался от ее претензий Лев Иванович. – Он кушать не просит, не хулиганит, места много тоже не занимает. А так все какая-то техника в доме. Мы с тобой, Маша, в каком веке живем? Правильно – в веке высоких технологий. Должно быть у нас в доме хоть что-то высокотехнологичное? Должно. Вот пусть и стоит.
Мария после таких слов обычно просто вздыхала и, смахнув пыль с монитора и клавиатуры, оставляла эту тему до следующего раза.
Оставив Сергея разбираться с компьютером один на один, Гуров отправился на кухню. Прибрав посуду и поставив на огонь турку, он решил воспользоваться моментом затишья и позвонить жене. Но потом вспомнил, что в Новосибирске, где она была на гастролях, уже почти ночь и решил не беспокоить супругу. Подумав, позвонил Иннокентию. Тот сразу же ответил.
– Я уже заканчиваю, – услышал его голос Гуров.
– Что заканчиваешь? – не понял Лев Иванович.
– Писать заключение по машине Тарасовой, – ответил Иннокентий. – Положу в вашем кабинете на стол, завтра утром прочтете.
– Так я еще не знаю, когда попаду завтра в управление. Возможно, что только к вечеру. Так что давай хотя бы коротко, но четко ориентируй меня. Что-то конкретное обнаружено?
– Что можно считать конкретным?
– Ну, какие-то следы крови, например, или что женщину и девочку перевозили в багажнике, связывали их… – несколько раздраженным тоном ответил Гуров. Он терпеть не мог, когда техники начинали, как это называется, вытряхиваться и задавать глупые вопросы.
