Утром, прихватив все необходимые документы, Гуров и Дробышев поехали в КП «Олимп». Добирались почти час. Гуров предварительно созвонился с пунктом полиции в Ступинском районе, к которому относился клубный поселок «Олимп», и просил, чтобы их встретил участковый. На Льва Ивановича поворчали, сказав, что в субботу у всех участковых выходной день, но потом, узнав причину, все-таки дали добро и сказали, что их встретят на КПП поселка.
– Лапиков, – представился Гурову и Дробышеву средних лет мужчина в форме участкового.
– Ну не по фамилии же нам вас называть, – улыбнулся, здороваясь с ним, Лев Иванович.
– Тимур Яковлевич, – коротко отрекомендовался участковый. Ему явно не нравилось, что его выдернули из дому в выходной день.
– Скажите, где я могу узнать о владельце вот этого коттеджа, – Лев Иванович протянул Лапикову бумажку с адресом, но тот, даже не глянув на нее, ответил:
– В администрации поселка, где же еще. Поехали, я вам покажу, где их здание находится. Только вот не знаю, работают они по субботам или нет.
Администрация работала и в просьбе Гурова дать телефон владельца нужного коттеджа отказала ему, несмотря на удостоверение оперуполномоченного из Министерства МВД.
– У нас все сведения о жильцах конфиденциальные, – заявила ему администраторша. – Вы можете проехать к дому, и если хозяева там, то сразу с ними переговорите. Если нет, то вам следует обратиться за разрешением в соответствующие органы.
– А какие органы соответствующие? – Гуров нехорошо посмотрел на дамочку, которая выглядела, как крепость Измаил – такая же небольшая по размерам, но такая же неприступная. – Почему нельзя просто взять и позвонить этому человеку и спросить у него, не желает ли он помочь расследованию в убийстве женщины и ребенка, которые, вполне возможно, были убиты на территории именно его коттеджа?
– Убийство? – Ни один мускул на лице женщины не дрогнул. – В нашем поселке не может быть убийства, – безапелляционным тоном заявила она. – У нас проживают только порядочные, состоятельные и продвинутые люди. Не забывайте, что «Олимп» – это клубный поселок бизнес-класса.
– Вот только не надо мне тут ничего рекламировать, – картинно закатил глаза Лев Иванович, подстраиваясь под тон администраторши. – Я покупать или строить дом у вас не собираюсь. Я расследую преступление, а не наслаждаюсь видами вашего поселка. Так что будьте любезны позвонить владельцу коттеджа и объяснить ему, что от него требуется, иначе я буду вынужден задержать вас по обвинению в препятствии следствию.
Женщина поджала губы, и по лицу ее было видно, что она борется с желанием нагрубить Гурову. Но разум возобладал над эмоциями, и она сказала:
– Посидите в приемной, я сейчас найду нужный номер телефона и вынесу вам. Но сразу предупреждаю, что снимаю с себя всю ответственность за последствия.
– О чем вы? Какие последствия? – с усмешкой посмотрел на нее Лев Иванович и вышел в приемную, где его ждали Лапиков и Дробышев.
– Что она там надумала? – спросил Сергей.
Гуров пожал плечами.
– Наверное, начальству звонит и жалуется. Пусть жалуется. Надеюсь, ее хозяин не так глуп, как она.
Администраторша вышла минут через пять и, молча протянув Гурову листок с номером телефона и именем владельца коттеджа, опять скрылась в кабинете.
– Подумаешь, – глядя на закрытую дверь, усмехнулся Дробышев.
Лапиков, наблюдая за картинным удалением важной дамы, только покачал головой, а Лев Иванович и вовсе занялся изучением содержания записки.
– Борис Глебович Астахов, – прочел он. – Так-так. Знакомое имя. Давайте-ка выйдем на улицу, там все же посвежее, чем в этой приемной, – наконец предложил он и первым шагнул к выходу.
На улице Лев Иванович набрал номер Астахова и долго слушал длинные гудки, потом ему ответили. Голос был женский.
– Здравствуйте. Борис Глебович сейчас не может ответить по телефону, он в процедурном кабинете. Если у вас к нему что-то срочное, скажите, и я передам.
– Утро доброе, – поздоровался Гуров и, представившись, уточнил: – С кем я разговариваю? Вы медсестра?
– Нет, я дочь Бориса Глебовича – Анна Борисовна Лебедь.
– Вы не того самого Лебедя…
– Нет, не того, – рассмеялась женщина. – Мой муж только однофамилец того самого.
– Я так понял, что ваш отец сейчас в больнице… – Гурову стало несколько неловко, что он позвонил так не вовремя. – Тогда, может быть, вы сами сможете мне помочь? Как я уже сказал, я из уголовного розыска…
– Да, я поняла. Я вас внимательно слушаю.
Гурову вдруг подумалось, что женщина почему-то не очень удивлена, что ее отцу звонит полковник из министерства МВД, да еще и оперуполномоченный уголовного розыска. Но развивать эту мысль было некогда, и он сказал:
– Я сейчас нахожусь на территории коттеджного поселка «Олимп». У вашего отца тут дача, или он постоянно проживает в этом поселке?
– Скорее дача. В холодное время папа живет в московской квартире. А что вас так в его даче заинтересовало?
– Скорее не что, а кто. У вас на территории коттеджа проживает работник по имени Алик?
