Иногда Гуров легко мог уговорить себя на что-то. Обычно стоило прислушаться к внутреннему голосу и здравым взглядом посмотреть на тот набор улик и обстоятельств, которые уже были обнаружены. Дальше приходил черед логики, отметалось надуманное и притянутое за уши, включая настроение и состояние свидетелей, очевидцев и другого окружения жертвы. Любой карточный пасьянс складывается только в том случае, если все карты разложить в правильной последовательности. Сейчас же Гурову не хватало даже карт, и он не мог понять, каких именно.
Проведя на базе отдыха часа три, Гуров и Крячко расстались с Онегиными. Больше ничего интересного следствию Егор или Инна вспомнить не смогли.
– Убийство, значит.
Генерал-майор внимательно выслушал Гурова и теперь должен был подтвердить его догадки. Ну или опровергнуть, что тоже нередко случалось.
– Подозреваемые есть?
Гуров положил перед ним лист бумаги с текстом.
– Набросал я тут, но это еще требует проверки. Стас сейчас занимается проверкой показаний людей, которые были с нами на базе. Вчера мы встречались с Онегиными. Они готовят базу отдыха к продаже и, конечно, раздавлены этим. Говорят, не заметили в день смерти Мальцева ничего необычного. Все было тихо и спокойно. Все постояльцы вели себя как обычно. Первыми в тот день покинули базу три человека из обслуживающего персонала. Затем уехали мы, а в каком порядке уезжали другие, никто не запомнил: уже было не до того, да и полиция сама решала, когда и кто может быть свободен.
Мы осмотрели место обнаружения трупа. Конечно, там не осталось никаких следов, но что могу сказать: река у берега довольно глубокая. Пара шагов – и тебе уже по шейку. Но чтобы не выбраться из воды, нужно быть либо без сознания, либо сильно пьяным. Мальцев был трезв, это подтверждают его друзья. Значит, алкоголь отметаем. Поскользнуться на скользкой траве практически невозможно, поскольку она там вытоптана. Но самое главное, Петр Николаевич, вот в чем. Следствие решило, что Мальцев утопился. С самого начала мне эта версия казалась какой-то неуместной, что ли. Просто улечься на берегу, а лицо опустить в воду и вот так покончить с собой? Что за бред?
– Да ясно, что бред, – недовольно ответил Орлов. – Ты знаешь, Гуров, я не хочу верить в то, что в том отделе полиции сидят совсем идиоты. Но если они пришли к версии о самоубийстве, то, наверное, имели на это причины?
– Я тоже не хочу верить в то, что нас пытались обдурить, – согласился Гуров.
– Поэтому я пообщался и со следователем, и с экспертами, – продолжил генерал-майор. – Ты помнишь, что там было указано в осмотре трупа? Одежда Мальцева вся промокла насквозь, включая обувь. Но когда его нашли, в воде была только верхняя часть тела. Тогда как же промокло остальное?
– Кто-то переместил труп?
– Вот именно, – подтвердил Орлов. – Ну а так как это было ясно с самого начала, а человек уже был мертв, но на теле и на месте происшествия отсутствовали следы борьбы, то матери Мальцева преподнесли смерть сына как результат самоубийства. Им статистику портить не хотелось. В ином случае пришлось бы серьезно копаться в этом деле.
– Неужели такое возможно в наше время, Петр Николаевич?
– Я уже позвонил в прокуратуру, – многозначительно заметил Орлов. – Будет проверка, виновных накажут.
– Не пойму, как они тебе все выложили, – признался Гуров. – Прямо-таки душу открыли. Что ты им наобещал?
– Сказал, что на них в прокуратуру поступила жалоба, и запросил оригинал уголовного дела по Мальцеву. Копия тоже у нас на руках, это еще один козырь. Если попытаются что-то скрыть, то уже не получится. Ой, Лев Иванович, да перестань. Сидят там у себя в полях да на природе, контролируют две деревни с населением в десять человек и думают, что жизнь удалась. Ничего, ничего. Поснимают их там всех со своих постов, влепят по статье за все хорошее – будет время вспомнить свои подвиги.
– Очаровательно, – Гуров не знал, что сказать в ответ.
– Значит, теперь версия самоубийства стала еще более неправдоподобной, – напомнил Орлов. – У кого мог быть мотив избавиться от Мальцева?
– Да у кого угодно. Мы очень мало о нем знаем, а то, что уже есть, практически ни о чем не говорит. Снова пообщаемся с теми, кто был на базе отдыха, но ты же понимаешь, что искать правду спустя несколько месяцев – это как воду решетом носить.
– А что насчет его предполагаемых проблем с законом?
– Его друзья говорят, что он был связан с криминалом. Если появятся хоть какие-то намеки на это, то сразу за них ухватимся, – сказал Гуров. – Но мне нужно проверить еще кое-что. Мы с Крячко внимательно изучили ежедневники Мальцева-старшего. Там по сути ничего для нас интересного нет, но мы обратили внимание на одну деталь. В ежедневнике от две тысячи двадцатого года отмечена одна дата – 24.05, а рядом написано имя Алина. В две тысячи двадцать первом году та же история. Дата и имя. Там Евгений и 10.11. В других ежедневниках таких пометок нет.
– Дни рождения чьих-то детей? – предположил Орлов. – Или юбилей у кого-то из знакомых?
