-- Ну что, сам обо всем расскажешь или правдолюба принести?
Пленник, поджав губы, отвернулся.
Спрашивал Нолеро больше для проформы -- без правдолюба было не обойтись, если они хотели быть уверенными в искренности показаний.
Как ни странно, Хуплес сопротивляться не стал -- словно разом утратил волю. Сам под напряженными взглядами боевиков выпил 'эликсир правды' и тут же заговорил, не дожидаясь вопросов: о том, как мыкался, тщетно пытаясь найти себе приличное место после увольнения из школы, но потенциальные работодатели интересовались рекомендациями... как покинул Альетану, чтобы попытать счастья в Курмирре. Там его и нашел некто, не открывавший своего лица.
-- А он и говорит: на что ты готов, чтобы получить хорошую должность? -- преступник ухмыльнулся, обведя слушателей нетрезвым взглядом, -- а я ему...
Викис передернуло от отвращения. Видеть бывшего преподавателя не хотелось совершенно, и она неслышно покинула комнату, где проводился допрос, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Слышно было все равно.
Вот как так получается? Был школьный преподаватель -- обладатель скверного характера, это факт, но со своей работой вполне справлялся. В общем, шел себе человек, шел... и попалась ему на пути маленькая девочка. И стала камнем, об который ему суждено было споткнуться. Или песчинкой в механизме, управляющем его судьбой... До сих пор Викис считала, что ее болтливый язык создал проблемы только ей самой. И совесть по поводу увольнения магистра не тревожила: сам виноват, нечего было.. Что виноват, она и сейчас не сомневалась. Но и обиды на него давно уже не чувствовала. За прошлое.
И вот эта жертва судьбы -- поверженная, запутавшаяся в чужих интригах, исполнявшая приказы кого-то, кого она даже в лицо не знала, а теперь взахлеб, с энтузиазмом, повествующая о своих деяниях.
Впрочем, деяний было не так уж много, а о сути интриги магистр знал и того меньше, хотя его показания и прояснили слегка общую картину.
Да, именно он стал придворным магом королевы Мерелиты после увольнения мэтра Лагисара. Перед публикой не мелькал -- так велел ему посредник. Мир тесен -- мало ли кто узнать мог, задаться вопросом, а с чего бы это королеве менять на посту придворного мага искусного и сильного мэтра Лагисара на слабака-теоретика?..
Слезу королеве он дал по распоряжению своего тайного нанимателя, и сам с ней и ее любовником находился в ее покоях до последнего, чтобы усыпить их бдительность -- конечно, королева не собиралась кончать с собой, она полагала, что держит в руках средство спасения, мощный амулет переноса. Но такой амулет был только у Хуплеса, и он им воспользовался в тот момент, когда королева активировала 'слезу'. Королева с человеком без лица тоже была знакома и, в отличие от ир Миагара, доверяла ему всецело. Все же ир Миагар оставался безопасником, подозрительность была у него в крови, и к кукловоду, который дергал за ниточки всю эту компанию, абсолютного доверия не испытывал. А потому и настоял на присутствии Хуплеса -- полагал, что маг, который, в отличие от него, в амулетах разбирался хорошо, не захочет, если что, погибать вместе с ними. Просчитался. Но и сам Хуплес просчитался тоже: он-то надеялся, что, переместившись в свои покои, на которые был настроен амулет, он прихватит вещи и быстро уберется из дворца. Не тут-то было -- в покоях мага уже поджидал наниматель, который велел ему оставаться во дворце и ждать указаний, а когда магистр попробовал спорить, тот предъявил ему кристалл с записью всех их переговоров. Ее обнародование означало не просто конец карьеры -- оно было чревато смертной казнью в любом из королевств материка. За покушение на членов королевской семьи.
Почему королева решилась на убийство собственных детей, магистру было невдомек. Может, и их не собиралась убивать. Кто знает, что ей там наговорил тот... безликий.
А потом к первому покушению прибавилось еще одно -- с помощью яда. Тут магистр не мудрил особо -- пользуясь амулетом невидимости, предоставленным нанимателем, подсыпал яд в блюдо в процессе доставки десерта в королевские покои. Как связывался с нанимателем? Да вот он, амулет...
Амулет рассыпался в пыль, когда Хуплес попытался вынуть его из уха.
...Где взял яд? Нашел в комнате, которую занимал с момента перехода на нелегальное положение. Как попал яд в комнату? Да откуда ему знать! Это все человек без лица, он коварен и вездесущ!
Зато покушение на Викис было уже его собственной инициативой. Наниматель в последние дни не давал о себе знать, покидать дворец без его ведома Хуплес закономерно опасался, а в самом дворце, благодаря деятельности магов, для него оставалось все меньше безопасных мест. В конце концов нервы магистра не выдержали, когда на глаза ему попалась она -- та самая девчонка, из-за которой все и началось...
После допроса Хуплес был отконвоирован в городскую тюрьму, в специальную камеру для преступников-магов, но до суда не дожил -- в первую же ночь повесился на собственном ремне, которого у него... не было. И быть не могло, потому что потенциально опасные предметы у заключенных конфисковывали.
