-- Я так и думал. А потом Керкис открыл мне глаза -- ты-то воевала по-настоящему. Нет, я понимал, конечно, что это непросто, но до меня только теперь дошло, что тебе довелось пережить. Простишь ли ты меня?
-- И правда дурак, -- хихикнула Викис, -- я ведь сама молчала о том, как это было. Откуда бы тебе догадаться?
-- Так ты намеренно молчала?
Викис задумалась.
-- Не то чтобы специально, -- произнесла она, -- но как-то мне не хотелось переваливать на других свои переживания.
-- М-м-м... Викис, я не уверен в том, что это правильно. Стоит ли умалчивать о своих трудностях? Ведь тогда близкие могут упустить момент, когда тебе понадобится помощь. Давай, ты будешь все-таки делиться... со мной? Раз уж я такой дурак, что сам не в состоянии догадаться.
-- Я постараюсь. Но и ты постарайся... не думать слишком много о моей репутации. Думай о своей. В конце концов, это тебе нужно оставаться безупречным... в глазах потенциальной невесты и ее родственников.
-- Эх, -- ухмыльнулся Тернис, обнимая девушку за плечи и прижимая к себе, -- в твоих глазах я уже далеко не безупречен. И как мне теперь исправиться?
И вроде бы ничего конкретного сказано не было, а все понятно. Ну и ладно, что только намерения, зато они есть, а это дорогого стоит. И настроение резко скакнуло вверх. Всего одна фраза позволила Викис воспрянуть духом, расправить плечи и вернуть растраченные силы.
Оказывается, можно было жить здесь и сейчас, не пугаясь будущего. И вообще, давно ли она сама обещала Ренмилу, что все будет хорошо? И ведь с полной уверенностью обещала, не сочиняла и не успокаивала! А хорошо -- это ведь для всех вместе и для каждого в отдельности, правда? Иначе и быть не должно.
У нее даже хватало сил, чтобы по ночам вновь перестраивать поток 'королевского гласа'. Впрочем, теперь, когда прежней уверенности в образах Риньи не было, давалось ей это не в пример легче. Правда, сны с принцессой она больше не разделяла, заглядывала в самом начале, чтобы настроить девочку на мирный лад, а потом уплывала в собственные сновидения, достаточно путаные и нелогичные, чтобы полностью забываться при пробуждении.
В пути до столицы им составили компанию старшие братья Тиллис -- крепкие, жизнерадостные ребята, почти без магического дара, зато неплохо обученные воинскому искусству. К счастью, им это не пригодилось -- до столицы добрались без приключений, в город прошли тоже легко -- в отличие от древней Лимерты, Ирьяст не был окружен стенами, и за час до рассвета команда будущего короля ступила на городские улицы. А там пришла пора разделяться: братья Торис были отправлены с запиской к эйру Неелису, а Тернис с компанией готовились к штурму дворца... изнутри.
Это план вызвал немало споров, уж больно рискованным казался, но лучшего никто не предложил. Кроме того, его поддержали все принцы, а остальные вынуждены были согласиться.
Теперь, после вмешательства ветра, королеву поддерживали лишь те, кто по-настоящему глубоко вляпался в заговор, так что не мог рассчитывать на снисхождение, и немногие запутавшиеся, которые не знали, кому верить. Викис, пробежавшись по чужим снам накануне вступления столицу, имела возможность в этом убедиться. Да и эйр Неелис, с которым они поддерживали связь почти до самого конца -- пока не разрядился походный амулет, выданный ир Торисом, -- подтверждал. Еще он сообщил, что королева, похоже, запаниковала: уже несколько дней приказы, которые она пыталась отдавать столичному гарнизону и городской страже, отличались непоследовательностью и нелогичностью, а потому выполнялись через пень-колоду, а то и вовсе игнорировались. И если до последних дней брожения и сомнения затрагивали лишь рядовых и командиров низшего звена, то теперь колебания коснулись и упертых высших офицеров. Не то чтобы до них доходило медленнее, чем до других, просто слишком большая ответственность не позволяла командующим вертеться флюгерами, а потому они выжидали до последнего, пытаясь оценить ситуацию со своей позиции. Сны -- снами, тем более, они столь противоречивы, а верность короне никто не отменял. Однако слухи о том, что законный наследник престола Эатернис уже на подходе к столице, стремительно распространялись по казармам, а потом, соблюдая субординацию, постепенно доползли до самого верха, встретились с закрепившимися там сомнениями, побратались с ними и... словом, армия была почти готова поддержать принца-бастарда. Оставалась мелочь -- узнать точный час выступления. И этот час должен был сообщить эйр Неелис.
Собственно, никаких военных действий не планировалось, столичному гарнизону следовало к определенному времени строгим строем проследовать на дворцовую площадь, скандируя имя наследника, чтобы показать, на чьей стороне армия, и ждать дальнейших указаний.
Брожения затронули и дворцовую стражу. Поэтому, когда Мерелита, напуганная таким поворотом событий, забаррикадировалась в своем крыле дворца, охраняли вход на 'дамскую' половину чисто формально.
