— Я видела Муми-тролля, — после долгой паузы сказала она и с волнением посмотрела на отца. — И Туу-тикки, и Малышку Мю.
Тот ничуть не удивился, только улыбнулся краешком рта и перевёл взгляд на окно, за которым в густой вечерней темноте едва можно было различить кружащий снег.
— Это невероятная удача, — заметил он. — Я думал, сейчас их нигде не встретить.
Луна хотела спросить, слышал ли он о море — и как оно могло очутиться прямо за лесом, но почему-то вместо этого произнесла:
— А ещё я видела Морру.
Ксенофилиус так и продолжал глядеть в окно, только брови сошлись чуть плотнее, отчего на лбу проступили морщины.
— Но она совсем не злая, — поспешно добавила Луна. — Очень даже наоборот.
Тогда отец обернулся к ней и тихо сказал:
— Я рад, что ты так решила.
Стрелки часов неминуемо двигались к ночи, и Ксенофилиус уложил дочку спать, а сам присел на краешек кровати и запел колыбельную. Монотонная мелодия и набор каких-то малопонятных, сказочных слов отлично убаюкивали.
— Жаль, что ёлку мы всё-таки не нарядили, — сквозь дрёму шепнула Луна.
— Нарядим завтра.
— Так ведь Рождество было сегодня…
Ксенофилиус удивлённо поднял бровь.
— Ты, должно быть, слегка запуталась во времени, пока бродила по лесу. Если бы тебя больше суток не было, я бы сошёл с ума.
Он поцеловал её в лоб и вышел.
А в Муми-доле жизнь вернулась на круги своя, но о странной девочке, которая искала Морру, Муми-тролль забыть не мог. Он боялся представить себе, что с ней случилось в лесу, и даже Малышка Мю в какой-то момент перестала запугивать его, рисуя в красках возможную судьбу Луны. «Ты бы пошёл да проверил, — заявила однажды Мю, не выдержав. — Хватит страдать, лучше сам найди Морру и расспроси её хорошенько!» Легко сказать — расспроси Морру. Муми-тролль, конечно, не хотел прослыть трусом, но добровольно отправиться к ней — выше его сил.
Он возил лапой по стеклу, отрешённо разглядывая витиеватые ледяные узоры. Вдруг за окном замаячила Туу-тикки. Она всегда вставала спозаранку и уходила по своим делам.
— Где ты была? — вяло поинтересовался Муми-тролль, пропуская её внутрь купальни.
— Тебе понравится то, что я расскажу, — улыбнулась Туу-тикки. — Я сама поговорила с Моррой.
Он едва не подскочил от неожиданности и растеряно заморгал.
— Она, правда, не знает наверняка, где Луна. Они столкнулись с Ледяной девой, и Морра спрятала Луну, но потом та исчезла…
Муми-тролль с сомнением посмотрел на Туу-тикки, которая, кажется, и не думала подозревать Морру в обмане. А вот у него подозрения появились. Чтобы она кого-нибудь защитила? Даже если она и не такое чудище, как все считают, уж это-то точно перебор!
— Куда же Луна могла исчезнуть? — угрюмо спросил он.
— А вот этого нам уже не узнать, — развела руками Туу-тикки. — Сдаётся мне, она всё-таки… эм-м… из каких-то других мест. Может, и вовсе из сказочных книжек.
Муми-тролль насупился. Персонажи сказок — они на то и персонажи сказок, чтобы оживать только в воображении, а не приходить в гости, рассказывать про Рождество и кушать вместе с остальными туу-тиккину уху. Луна была такой же настоящей, как и он сам, отвались хвост, если это не так!
— Надеюсь, что она вернулась к папе, а он уж её защитит от кого угодно, — вздохнул Муми-тролль, понимая, что ничего не изменить.
— Или она его, — снова улыбнулась своим мыслям Туу-тикки.
Она провела замечательное утро в лесу и теперь напевала весёлую мелодию, наводя порядок в их маленьком временном жилище. Она знала, что благодаря ей среди многих обычных елей теперь есть и рождественская, украшенная гирляндами и игрушками, что оставила Луна. Непременно стоит сводить туда Муми-тролля и Мю, которые ещё не видели ничего подобного в своей жизни. Но это потом, ёлка никуда не убежит.
Пока пусть нарядным деревцем спокойно любуется Морра, держащая в своей лапе ярко горящий фонарь.