— Ещё до того, как она покушалась на твою жизнь, — отозвался Андрей. — После нашего разговора и произошедшим за ним событиям, я предполагал, что убийца должен как-то себя проявить, и поэтому напросился остаться в отделении на ночь. А чтобы не скучать, решил на всякий случай проверить твою версию и с этой целью немного покопался в списках пациентов Альбины Борисовны, соответственно с её разрешения.
— Мою карточку ты тоже прочитал? — не удержалась и съязвила я.
— В общем-то, да, — не стал отрицать он. — Честно говоря, не понял практически ничего. Но сейчас не об этом. А теперь представьте, каково было моё удивление, когда в огромном списке имён, я обнаружил некую Ларису Климову. Я наводил справки обо всех сотрудниках и знал, что девичья фамилия Данилиной как раз была Климова, сравнил даты рождения и окончательно убедился, что это один и тот же человек. Но доказать её причастность к убийствам было невозможно, мало ли что произошло девять лет назад. Так что единственным способом обличить её, было застать Данилину на месте преступления, благо будущая жертва уже была намечена.
— Значит, ты использовал меня как наживку?! — воскликнула я. — Ну, ты и гад. Больше не смей меня воспитывать на тему, что я сую нос не в своё дело, когда сам подставляешь меня и подвергаешь мою жизнь опасности.
— Но всё же обошлось, — как ни в чём не бывало, заметил Андрей.
— Да? А о моих нервах ты подумал? — продолжала я метать гром и молнии.
Словесная перепалка грозила перерасти в очередной скандал. Во всяком случае, я была вполне настроена на это. И неизвестно, чем бы закончилось это безобразие, если бы не вмешательство Альбины Борисовны.
— Ну-ка замолчали оба, — прикрикнула она. — Вам самим не надоело ругаться? Пока мы здесь сидим, вы уже два раза чуть не сцепились. Кажется, там в палате вы понимали друг друга намного лучше.
Не знаю как Лебедева, но последнее заявление Альбины Борисовны мгновенно остудило мой пыл. Мама дорогая, я целовалась с Андреем на глазах у всех сотрудников, которые находились в эту ночь в отделении, включая и саму Альбину Борисовну. Боже, какой стыд. Завтра об этом будет знать вся больница. Кошмар. Какая же я всё-таки дура.
Я вынырнула из своих размышлений и обвела взглядом присутствующих. И Лебедев, и Альбина Борисовна с интересом наблюдали за работой моей мысли, тем самым окончательно смутив меня. Я встала с твёрдым намерением покинуть кабинет, что и сделала. Андрей вышел за мной и вскоре обогнал меня.
— Лера, — позвал он.
— Что? — отозвалась я.
— Давай поговорим, — предложил он.
— Ты ещё не наговорился? — усмехнулась я. — Тебе самому не надоело терять время на дурацкие разговоры, которые всё равно заканчиваются очередным выяснением отношений и грандиозным скандалом…
— Вот об этом я и хотел поговорить, — перебил меня Лебедев. — Сколько это будет ещё продолжаться?
— Ты о чём? — не поняла я.
— Я о нас, — пояснил он.
— Андрей, «нас» нет. Есть ты, и есть я и между нами ничего общего. По-моему, каждый из нас это давно понял, но всё ещё продолжает на что-то надеяться.
— Лера, но я, — начал он.
— Замолчи, — попросила я. — Не говори то, о чём впоследствии пожалеешь. Мы могли бы быть хорошими друзьями, но переступили запретную черту, окончательно всё запутав. Мы уже пробовали не обращать на это внимания, не общаться вовсе, но ничего хорошего из этого не вышло. Поэтому я прошу тебя, давай постараемся об этом забыть как можно быстрее.
— А почему бы нам просто не быть вместе? — предложил он. — Тогда всё было бы намного проще.
Я отрицательно покачала головой.
— Проще для кого? Уж точно не для меня. И ты прекрасно знаешь почему. Так что всё, что я могу тебе предложить, это дружба. И если тебя это не устраивает, то мы просто останемся коллегами по работе и ничего большего. А теперь я очень устала и хочу спать… До свиданья, друг мой, до свиданья, — процитировала я неожиданно пришедшие в голову строчки, развернулась и направилась в свою палату.
— Милый мой, ты у меня в груди, — послышалось мне вслед. — Предназначенное расставанье обещает встречу впереди. Логинова, знаешь, кого ты мне напоминаешь? Маленького глупого котёнка, который хочет, чтобы его погладили, но не знает, как об этом попросить. И поэтому ему становится очень обидно, и он начинает показывать коготки и выгибать спинку.
Я резко остановилась. Мне стало трудно дышать, как будто меня со всей силы ударили в грудь. Господи, где-то я уже это слышала. Память услужливо отбросила меня на три года назад: тёплая сентябрьская ночь, мост, плеск воды, его лицо совсем близко и эта дурацкая фраза про котенка. Слезы непроизвольно брызнули из глаз. Я повернулась лицом к Лебедеву.
— Зачем?! — заорала я. — Зачем ты появился в моей жизни?! Чтобы мучить меня?! Чтобы окончательно свести меня с ума?!
Слабо понимая, что происходит, Андрей подошёл ко мне и попытался обнять.
— Оставь меня в покое! — продолжала всхлипывать я. — Я не хочу больше тебя видеть! Я не хочу больше ничего! Не хочу…
Я вырвалась из его объятий и убежала в свою палату. На этот раз он даже не пытался меня остановить…
