Когда Диана вернулась в Лондон, ужасно уставшая после долгой поездки в экипаже, был поздний вечер. После сцены с Джервейзом она больше недели провела в коттедже Хай-Тор: ей было просто необходимо провести какое-то время в тишине и покое, – но теперь была рада вернуться к семье. Джоффри уже спал, а Мадлен и Эдит, лишь взглянув на изможденное лицо подруги, тут же окружили ее нежной заботой. Диана не говорила им, зачем отправляется на север, а они не спрашивали, но теперь пришло время все рассказать.
После того как Диана приняла ванну и поужинала, женщины собрались в гостиной у Мэдди. За нескончаемым количеством чашек чая с бренди Диана поведала подругам о своем прошлом – начиная с детства в Шотландии и до странного замужества под дулом пистолета. Рассказала и о том, как отец ее бросил, а также – о катастрофическом конфликте с Джервейзом.
Выслушав рассказ подруги, Мадлен с удивлением пробормотала:
– Я знала, что ты загадочная женщина, но такого даже и представить себе не могла… Можно задать вопрос?
Диана со вздохом кивнула:
– Да, конечно. Спрашивай что хочешь. Мне всегда трудно говорить о том, что меня глубоко задевает, но не говорить – еще тяжелее.
– Что случилось с твоей матерью?
Чашка, которую Диана подносила ко рту, звякнула о зубы. Она осторожно поставила ее на стол и тихо ответила:
– Она убила себя, когда мне было одиннадцать лет.
– Ох, бедная моя девочка! – воскликнула Мадлен и тут же сменила тему. – Даже не верится, что отец тебя просто бросил на постоялом дворе на следующий день после твоего замужества.
– Если бы ты знала моего отца, то поняла бы: такой поступок вполне в его характере. Он был убежден, что все женщины – это зло, особенно его собственная дочь. – Диана помолчала, вспоминая прошлое. – И он считал, что чем скорее от меня избавится, тем лучше для его бессмертной души.
Пока Мэдди слушала рассказ подруги, ее посетила одна мысль, но она не знала, уместно ли об этом спрашивать, а теперь все-таки решилась.
– А не могло ли быть так, что твой отец… испытывал к тебе противоестественное влечение? Возможно, он ненавидел себя за такие чувства, а тебя – за то, что ты была их причиной?
Диана замерла, ошеломленная словами подруги, потом пробормотала:
– Это… это многое бы объяснило. Иногда он на меня так смотрел… как будто ненавидел. И постоянно твердил, что все мужчины хотят со мной переспать! Но это же нелепо… Думаю, я была хорошенькой девочкой, но еще недостаточно зрелой, чтобы привлекать внимание мужчин. Бывало, отец молился надо мной всю ночь. Мы оба стояли на коленях, и он молил Бога очистить мою порочную природу. В других случаях он меня бил, пытаясь выбить из меня нечестивость. – Диана поежилась и поплотнее закуталась в плед, лежавший у нее на плечах.
– Извини, дорогая, наверное, мне не стоило об этом спрашивать, – сказала Мадлен.
– Нет-нет, хорошо, что ты спросила… – возразила Диана. – Как ни отвратительна такая мысль, все-таки это хотя бы какое-то объяснение. Отец всегда казался мне чем-то вроде природной стихии, загадочной и непостижимой. И мне даже нравится думать, что причины его ненависти ко мне – в его порочности, а я ни в чем не виновата.
– Он еще жив? – спросила Эдит.
Диана пожала плечами.
– Не знаю. Он оставил меня на постоялом дворе, и после этого я ничего о нем не слышала.
«Но как человек, к тому же священнослужитель, мог выбросить из своей жизни дочь? – недоумевала Мадлен. – Должно быть, он и в самом деле сумасшедший». Немного помолчав, она спросила о том, что давно ее интересовало.
– А как вы познакомились с Эдит? Ты никогда об этом не рассказывала.
– Постоялый двор, где произошло ее венчание, принадлежит моей младшей сестре Джейн и ее мужу, – ответила за подругу Эдит. – Я была замужем за пьяницей, который постоянно меня бил. Оба моих сына выросли и уехали: один записался в армию, другой отправился в Америку. Джейн считала, что мне надо уйти от мужа, пока он меня не убил, но я не знала, как уйти. Да и куда мне было деваться? – Она потрогала пальцем яркий шрам на левой щеке. – Наверное, я могла бы поехать к Джейн, но у меня не было денег на дорогу. Более того, после двадцати пяти лет жизни с мужем, который постоянно надо мной издевался… мне казалось, что силы воли не осталось.
Мадлен молча кивнула. Ей было известно, что у Эдит были взрослые сыновья, которые ей регулярно писали, но она ничего не знала о ее муже. По-видимому, Эдит многое пришлось пережить, прежде чем она стала такой, как сейчас, – непреклонной и сильной. Рассказ продолжила Диана:
– И Джейн решила, что если Эдит начнет о ком-то заботиться, то сумеет уйти от своего ужасного мужа. Мне только-только исполнилось шестнадцать, и я была беременна – ужасная ситуация. Но после того как связалась с адвокатом Джервейза, у меня по крайней мере появились деньги. Джейн сама отвезла меня в Йоркшир, познакомила с Эдит и помогла нам найти коттедж Хай-Тор. Нам обеим хотелось жить подальше от людей, особенно – от мужчин. И с тех пор Эдит обо мне заботится.
Диана ласково улыбнулась пожилой женщине, помогавшей ей пережить самый трудный период ее жизни.
