— Не против чего, а против кого! — улыбнулась гостям Светлана. — Против нашего Мишки. Возьмите его с собой, он ведь в тех местах все тропы с детства излазил. А то, что он немного того, то не принимайте всерьез.
Мишка как раз возвратился из туалета назад и подошел к стойке, чтобы расплатиться за выпитое пиво.
— Сколько с меня за удовольствие?
— Нисколько, — к удивлению Мишки сказал кавказец. — Я уже заплатил за все удовольствия, которые ты нам сегодня доставил. И, надеюсь, еще доставишь, пока мы доедем.
— Не понял вашего юмора, господа хорошие, — с еще большим удивлением посмотрел на него Мишка.
— Юмор, брат, дело тонкое, дано не каждому. Но тебе поясню: поедешь с нами в монастырь по самой короткой и незаметной дороге, потому что мы здешних дебрей не знаем, а ты, говорят, в них вырос. Так что ноги в руки — и вперед.
— Прям щас? — Мишка внимательно посмотрел в лица всех четырех, пытаясь найти какой-то подвох.
— Да, прям щас, — скопировал его интонацию кавказец. — Не бойся, мы не такие шутники, как ты. Заплатим за все, в обиде не останешься.
— Миш, — дернула его за рукав куртки Светлана, — это же гости с центрального телевидения, кино про наш монастырь снимать будут. Может, и мы с тобой попадем в кадр.
«Спецназ» еще раз окинул взглядом всю компанию и, чувствуя нутром, что настоящее приключение только начинается, буркнул:
— За ваши гроши, господа хороши, любой каприз исполним.
Компания пропустила Мишку вперед и направилась к джипу.
— Сядешь рядом, Сусанин, — скомандовал кавказец, усаживаясь за руль.
Мишка осмотрелся по сторонам шикарного салона и поцокал языком от нескрываемого восторга:
— Да-а, вот это вещь!..
— Небось, получше твоего трактора? — тут же зацепил его головастик. — И как вы только живете в таком дерьме?
— Да так и живем: зима-лето — года нету. Зато воздух у нас хороший. Такого воздуха нигде больше нет, потому что лес вокруг и речка наша Золотоношка…
— Это мы уже слышали, — оборвал его кавказец, когда они уже выехали за село. — И воздух ваш лучше, чем у других. И крысы ваши вкуснее барашка. А теперь слушай внимательно, что тебе буду говорить я. Мы сейчас едем в монастырь. Ты должен помочь нам сделать одно небольшое, но важное дело. Сделаешь — дадим тебе пятьдесят баксов[30]. За такие деньги твоя Манька тебя от радости целовать будет. А вздумаешь с нами снова шутить, то я тебя крепко накажу. Знаешь как?
Кавказец запустил руку под сиденье и вытащил оттуда пистолет.
«ТТ, — мгновенно определил Мишка, — любимое оружие профессиональных киллеров. Вот так работнички с центрального телевидения! А Светка, Светка… Развесила уши».
— Знаешь, что я с тобой сделаю, если ты еще раз плохо пошутишь? — повторил кавказец, приставив ствол к самому виску. — Башку твою прострелю! А потом мы тебя зароем где-нибудь далеко-далеко от этих красивых мест или привяжем к ногам камень и выбросим в реку. И пусть тебя ментовские собаки ищут. Так что, братан, напряги свою больную голову и решай сам, что лучше: полсотни баксов в кармане или пуля в башке.
— Не пугай его так сильно, Реваз, — рассмеялся сзади боксер, — а то он со страху весь салон завоняет, никаким дезодорантом не выветришь.
— Ну, господа киношники, тут и ежику все понятно, — решил играть до конца отведенную ему роль деревенского дурачка Мишка. — А ствол-то вам для чего? За жизнь свою опасаетесь или монашек пугнуть решили?
— Хорошо, что ты все понял, — мрачно сказал кавказец, не ответив на Мишкин вопрос. — Сделаешь дело, получишь свои баксы — и можешь греметь копытами, куда рога смотрят.
— Как это? — Мишка сознательно задавал им наивные вопросы, стараясь выудить как можно больше информации. — Вы хоть знаете, куда мы едем? Это добрых тридцать верст отсюда. А чем назад буду добираться? Нет, ребята, такие подвиги стоят дороже, чем полсотни баксов.
— А ты, оказывается, не такой простак, каким кажешься, — кавказец теперь рассмеялся. — Бабки, видать, любишь? А зачем они тебе? Кружку пива та деревенская телка и так нальет, самогонку сам наваришь из какого-нибудь дерьма. Зачем тебе деньги?
Мишка сделал обиженный вид.
— Ладно, брат, — кавказец похлопал его по плечу, — так и быть, накинем тебе за все неудобства еще двадцатник. Такие бабки ты на своем тракторе за год не заработаешь. А если постараешься хорошо сделать то, о чем мы тебя попросим, то эта девушка, которая едет с нами, исполнит любое твое желание. Ты даже представить себе не можешь, что она умеет!
В ответ молчавшая до сих пор девица ткнула Реваза ладонью и что-то резко сказала на его же языке.
«Точно грузины», — снова подумал Мишка.
— А что за дельце? — повернувшись вполоборота к кавказцу, спросил он. — Деньги просто так не платят. Даже папка мамку сегодня за так не целует.
— Ты пока дорогу показывай, Сусанин, — повернул его от себя кавказец. — Приедем на место — узнаешь. Только найди местечко поукромнее. Мы не хотим светиться. Лишнее это.
— Ну, теперь понимаю, — Мишка опять прикинулся дурачком. — Это чтобы всех снимать скрытой камерой, да?
Длинноногая девица скороговоркой что-то сказала своему соплеменнику, и оба громко рассмеялись.
