Спрашивается, почему нельзя было сразу на удаленную орбиту направить бывший спутник Урана? Да потому что надо было выгрузить главный груз Оберона. Большой спутник Венере был нужен для создания такого же мощного магнитного поля, как у Земли. Ведь без магнитного поля и молний не зародилась жизнь на Венере и не смогла бы зародиться на Земле. А магнитосфера это еще и защита от мощной солнечной радиации, самой вредной ее части. Даже в ранний период космонавтики, когда летали на ракетах из фольги, многие космонавты на низкой орбите были защищены от радиации солнечных вспышек магнитосферой Земли. И Оберон дал магнитосферу Венере благодаря своему существованию поблизости и приливам.
Но главный груз Оберона это вода для океанов. Это и малые перепады температур днем и ночью, и главное вещество для жизни, благодаря которому даже на обледеневшей Европе у Юпитера в подледном океане есть жизнь. Без океанов и воды для них нельзя создать из пламенной Венеры сестру Земли. Но не возить же тысячами тонн воду на Венеру в трюмах космических кораблей? И при столкновении малых астероидов вся вода испаряется при падении слишком быстро, и пар быстро рассеивается.
И без того избитая астероидами Венера с тысячами свежих тектонических разломов бомбардировалась астероидами для ускорения вращения планеты и ее смещения на более удаленную от Солнца орбиту. И в качестве бесплатного бонуса поддерживалась вулканическая зима на Венере, что здорово остудило эту планету.
Но придумали лучше решение. Каждый раз, когда Оберон проходил перигелий у Венеры, с него атмосферой планеты захватывалась большая часть водяного пара, часть водяного пара рассеивалась на низкой орбите, мешая солнечным лучам согревать поверхность Венеры. А самое главное это то, что благодаря тому, что Оберон проходил нижнюю точку своей орбиты, умышленно устроенной между жидкой и твердой границей Роша, каждый раз на Венеру с этого нового спутника обрушивался гигантский водопад из талой воды, камней и кусков льда, отломавшихся от основного части ледяной мантии силами приливов и Архимедой силе, держащей зимой лед на поверхности водоемов. И все эти миллиарды тонн воды со льдом медленно падали на поверхность Венеры, а следом на безопасном расстоянии аэрокосмические корабли рассеивали разную живую мелюзгу, преобразующую прибывшую воду, углекислый газ и азот атмосферы Венеры в живую ткань и кислород. В новообразовавшихся морях бурлила жизнь. Много погибало организмов, но не все. Планета остывала, моря расширялись, атмосфера преображалась (еще раньше из-за астероидов лишившаяся кислотных облаков), жизнь процветала, а люди добавляли новые виды на планете. Социалистическое человечество, созидающая цивилизация создавала для себя новый мир, живую планету с биосферой, как на Земле, только более теплую планету.
На Земле наука не стояла на месте, развивалась. Была создана управляемая гравитация, стали посылать корабли в межзвездные путешествия. И сбылась другая мечта человечества — вступили в контакт с Галактическим содружеством.
Но те сообщили о полном всеобщем запрете на колонизацию планет земного типа и всех прочих миров, на которых может появиться разумная жизнь. Можно только преобразовывать полностью мертвые планеты в миры с развитой биосферой. Это было большое огорчение для человечества, смягченное успехами на Венере.
Но тем слаще была радость превращения огненного ада в планету живых тропических лесов и морей.
На орбите висела несуразная на первый взгляд конструкция. Раньше это была космическая станция, некий аналог древней МКС, только намного больше по размеру и с хорошей автономностью. Долгие годы строили эту станцию, отрабатывали надежность всех узлов и систем. Даже как-то на целых два года отрезали от снабжения, чтобы испытать на выживание экипаж и оборудование. А потом ракетами семейства «Энергия-3» доставлялись агрегаты для переоборудования станции в космический корабль. Это были и ракетные двигатели, и дополнительные баки, и дополнительные стыковочные узлы для спускаемых аппаратов, и не только.
Самым большим и важным агрегатом был первый в истории человечества термоядерный двигатель. Они разрабатывались на бумаге и даже создавали экспериментальные узлы. Но этот экземпляр был первым, доведенным до практического использования. И его задача была обеспечение полетов только в космосе. Маловато для начала, но все же лучше, чем описанные в древнем романе «Космический патруль» корабли, разгоняемые благодаря урановым реакторам.
