Забудьте о Джее Симпсоне
Я продолжаю прокручивать, минуя все аресты и список преступников, с которыми он был связан, и замираю, заметив одно обвинение, которое действительно доказали. Тридцать лет назад Де Лука привлекался к ответственности за нападение на полицейского с отягчающими обстоятельствами. В то время у него не было судимостей, так что через пять лет он вышел на свободу.
Неудивительно, что его дочь не встречается с копами.
Вопрос в том, что, черт возьми, мне с ней делать теперь, когда я знаю, кто ее отец??
— Пирелли! — кричит Джуди, отрывая мое внимание от экрана. — Вот твоя сдача, — говорит она, бросая мне двадцатку. — Я купила себе чашку кофе и еще булочку.
* * *
Оторвав пивную бутылку от губ, я пристально смотрю на своего двоюродного брата, Тига, поскольку он продолжает игнорировать мою тираду.
— Ты не слышал ни слова из того, что я только что сказал? Ее отец — гребаный осужденный преступник!
Тиг замирает с татуировочным пистолетом в руке и отрывает взгляд от спины своего клиента.
— И?
— А я — коп!
Вздохнув, Тиг убирает ногу с педали, выключая пистолет. Жужжание стихает, и он похлопывает своего клиента по плечу.
— Гэри, сделаем перерыв на минутку, — просит он, стягивая с рук резиновые перчатки.
— Не вопрос, братан, — отвечает Гэри. — Пойду покурю. — он останавливается передо мной и качает головой, прежде чем снова взглянуть на Тига. — Удачи вам тут.
И это говорит парень, который набивает тарантула у себя на спине.
Когда Гэри скрывается из виду, я поворачиваюсь обратно к Тигу.
— Твой клиент мудила.
— То же самое можно сказать и о тебе. — я снова подношу пиво к губам и делаю еще один большой глоток. — Ты уже неделю твердишь об этой девушке, — указывает Тиг.
— Шесть дней, — уточняю я.
— Сорайя говорит, что ты отправил ей фруктовый букет и водил к Луиджи, — брат делает паузу, скрещивая руки на груди. — Ты повел девушку в свой любимый ресторан, по-моему, это многое значит.
Убирая пиво, я приподнимаю бровь.
— Приятно знать, что вам с Сорайей не о чем больше поговорить, — бормочу я и начинаю ковырять этикетку. — Ты ни хрена не помогаешь.
— Тебе не нужна моя помощь, — отвечает Тиг. — Просто вытащи голову из задницы. Ты встречаешься не с ее отцом, а с ней.
— Ненавижу это слово.
— Встречаться?
— Да, — признаю я. — Все, чего я хотел, это выбросить ее из головы после одной гребаной ночи. — Тиг смеется, и мой взгляд возвращается к нему. — Ничего смешного, — возражаю я. — Не знаю, что мне делать. Она не похожа ни на одну другую девушку, которую я встречал раньше. Она — фейерверк, с растрепанными волосами и прекрасными глазами. В комплекте с острым языком и гребаной задницей, в которую так и хочется вонзить зубы.
Она — идеальная фантазия каждого мужчины, но она — моя реальность.
Или, по крайней мере, могла бы ею стать.
— Она выглядит так, будто крепкая, как гвоздь, и на первый взгляд кажется, что мужчине ее не сломить. Что она пережевывает их и выплевывает, когда насытится. Но чем больше узнаешь о ней, тем больше понимаешь, что под всей этой маской скрывается обычная девушка. Никто не открывал для нее дверь, Тиг. Ни один гребаный мужчина никогда не проявлял к ней простого уважения.
— Не совсем понимаю, к чему ты клонишь, — говорит он. — Хочешь всегда открывать для нее дверь?
— Да, хочу. Хочу, чтобы она знала, что есть парни, которые ценят и уважают ее. Может, тогда она перестанет встречаться с гребаными уголовниками вроде Хаунда.
— Хорошо, так в чем проблема? Пригласи ее куда-нибудь, покажи ей, как хорошо можно провести время, и посмотри, к чему это приведет.
— Это ни к чему не приведет.
— Потому что вы с ее папочкой по разные стороны закона? Кого это волнует? Ты не шьешь дело на этого человека. А просто трахаешь его дочь.
— Я не трахаю ее, — шиплю я.
— Ну, я ж не в курсе. А чего ждешь?
— Антониа не говорит, кто ее отец, — отвечаю я. — Есть причина, по которой она не хочет, чтобы я знал, и предполагаю, это во многом связано с тем, что он отсидел срок за нападение на офицера.
Вздохнув, Тиг наклоняется и упирается локтями в колени.
— Можно задать вопрос? Ты планируешь сказать ей, что знаешь правду о ее старике?
— Разумеется, нет, черт возьми.
— Тогда, если ты не собираешься делать ей предложение в ближайшее время, просто плыви по течению.
— Прикуси свой язык.
Смеясь, брат проводит рукой по лицу.
— Чувак, спорим, что через полгода ты попросишь меня пойти с тобой за кольцами?
— Ты спятил, — усмехаюсь я.
— Даже через три месяца.
Тиг встает и хватает новые резиновые перчатки.