Самодовольный наглец (ЛП) полностью

— Я серьезно, Антониа. Пять гребаных минут.

Линия обрывается, и я смотрю на часы. Не слишком рано для ланча, поэтому я быстро отправляю Сорайе электронное письмо, так как она на телефонной конференции с Идой, а я ограничена во времени. Понимая, что по пути к двери мне придется пройти мимо Пенелопы, я засовываю наушники AirPods в уши и увеличиваю громкость, чтобы меня не посадили по обвинению в нападении, если эта ведьма попытается меня спровоцировать.

Появляюсь на парковке с минутой в запасе. Не то, чтобы это принесло мне какую-то пользу, это ведь дополнительные шестьдесят секунд, в течение которых меня буду отчитывать за то, насколько все опасно и насколько я безрассудна… и бла-бла-бла.

Сразу же замечаю отца, разумеется, он приехал не один. Его вице-президент Кэш возвышается справа от него, а рядом стоят Ритмо и Хаунд. Все смотрят на меня с отсутствующим выражением лица, но, подходя ближе, замечаю разочарование в глазах Кэша и отвращение в глазах Хаунда. Ритмо я никогда не могу прочитать. Полагаю, потому что он постоянно похож на социопата. А вот отец… выглядит так, словно собирается совершить убийство.

Прекрасно.

— Привел подкрепление? — спрашиваю я, останавливаясь перед ним. — Что я сделала на этот раз?

— Кто твой гребаный парень? — усмехается Хаунд.

— Что, прости?

— О, точно, ты ведь просто трахаешься с ним.

Отрываю взгляд от Хаунда и смотрю на своего отца, ожидая, что он поставит этого сукина сына на место, но тот не двигается ни на дюйм.

— Ты не вернулась домой, — говорит Кэш. — И не отметилась.

— Я была на свидании, — шиплю я, стиснув зубы, и машу рукой в сторону отца. — Он в курсе.

— Ты забыла уточнить одну деталь, — говорит папа.

Он издевается надо мной?

— На самом деле я не думала, что тебе захочется знать, что я проведу ночь в постели с парнем, но в следующий раз я позвоню тебе, пока мы будем заниматься этим, чтобы ты был спокоен.

— Следующего раза, бля*ь, не будет, Тоня! — кричит папа.

— Будет, и ты не имеешь права мне в этом указывать!

— Он гребаный коп! — орет отец так громко, что эхо отражается от стен парковки. Значит он знает, что Марко — полицейский. Я не рассказывала отцу ни одной детали о Марко. Ни о его профессии. Не называла имени. Ничего. — Нет ни единого шанса, что ты снова увидишь этого мудака! — продолжает папа, сжимая зубы с каждым словом.

Моргаю на секунду, прежде чем снова перевести взгляд на Хаунда. Тем вечером, когда он увидел нас с Марко, он никак не мог узнать, что тот полицейский.

— Откуда информация, что он коп? — спрашиваю я отца.

— Это не важно, — кипит он, сжимая и разжимая кулаки. Он не единственный, кто пытается контролировать свой гнев. Мои руки трясутся, и мне требуется каждая унция самоконтроля, чтобы не наброситься на него.

— Ты следил за мной!

— Конечно, я следил за тобой! — кричит папа. — Ты не оставила мне гребаного выбора! Когда я говорю, что все небезопасно, я не преувеличиваю, Антониа! — он делает шаг ближе ко мне. — Брось копа, или я буду действовать силой.

— Что это вообще значит?

— Это значит, что нам не нужно, чтобы какая-то гребаная свинья вынюхивала наши дела, — повышает голос Хаунд.

Мой взгляд скользит к нему.

— Пошел ты, — ухмыляюсь я.

— Он использует тебя, Антониа, — рычит папа.

— Ты сумасшедший, — бормочу я, не веря своим ушам.

— Может быть, и так, но я не вчера родился. Ты его не интересуешь.

Это последняя фраза сильно бьет.

— Что? — хриплю я.

— Я вроде не воспитывал тебя такой невежей, — шипит отец, грубо проводя пальцами по волосам. — Копы работают над арестом Бендетти, а этот экземпляр, что увивается за тобой — крысеныш. Он будет визжать, как свинья, и меня сдаст первым.

Качаю головой и никак не могу сложить паззл.

— Какое отношение все это имеет ко мне? — спрашиваю я.

— Он использует тебя, чтобы добраться до меня.

Нет.

Я не собираюсь это выслушивать.

Ни за что, бля*ь.

Марко не такой, как все остальные.

Конечно, у меня были сомнения, но Марко каждый раз доказывал, что я ошибалась. Он не воспользовался бы мной подобным образом, не стал бы надевать маску и притворяться хорошим парнем только для того, чтобы добраться до моего отца. Все, что делал Марко — пытался узнать получше меня. А не дочь Танка Де Луки.

Смотрю на своего отца. По мне прокатывается желание встряхнуть его. Если бы только я могла заставить его увидеть, что весь мир не вращается вокруг него! Что я тоже личность, и мужчина может испытывать ко мне искреннее влечение без каких-либо скрытых мотивов. Что есть хорошие люди, люди, которые совсем не похожи на тех четверых, что стоят передо мной и читают мне акт о нарушении порядка.

— Он не знает, что я твоя дочь! Я ни слова не говорила ему о тебе, а он не спрашивал.

— Пока не спрашивал, — вмешивается Кэш. — Это вопрос времени.