Два подразделения минных тральщиков шли перед боевыми кораблями. В одном из них был 21 британский тральщик, в другом — 12. Тральщики очистили канал длиной 28 миль к зоне огневой поддержки, которая располагалась в 8 милях к северу от Пуан-Барфлер, затем обследовали саму зону. В 11.45 они приступили к работе в другом канале, имевшем длину около 8 миль и ведущем к второй зоне огневой поддержки. Линкор «Арканзас», следуя непосредственно за тральщиками, открыл огонь по береговым батареям. Немцы ответили огнем по тральщикам и сопровождавшему их эсминцу «О'Браен». Один из снарядов угодил в борт эсминца. При взрыве пострадал 21 человек. Еще три корабля огневой поддержки также получили повреждения.
Эсминцы поставили дымовую завесу, скрывшую их и линкоры. Однако после исчезновения из поля зрения крупных целей немцы перенесли огонь на маленькие тральщики, которые, несмотря ни на что, оставались на своих местах. К 13.00 интенсивный обстрел с берега заставил и этих трудяг отступить, обнаружив только три мины. При этом обстреле американские тральщики не пострадали, только на палубу одного из них упало несколько осколков.
Шербур был взят союзниками 27 июня. Через два дня тральщики вернулись к работе в заливе Сены. К этому времени активность немцев, без устали сбрасывавших мины в заливе, быстро пошла на спад. В течение трех следующих недель корабли «АМ» обнаружили только 5 мин влияния. 24 июля корабли «АМ» ушли в Великобританию для подготовки к следующей операции, а 1 августа они отправились на Средиземное море, чтобы принять участие в высадке союзников на юге Франции.
Когда берлинское радио сообщило всему миру о том, что 2 крейсера и 9 эсминцев входят в пролив Гибралтар, матросы тральщиков имели все основания отнестись к этой информации пренебрежительно. Они хорошо знали, что там нет никого, кроме минных тральщиков.
Шербур перешел в руки союзников, но перед уходом немцы взорвали все, что могли, а что не успели разрушить — заминировали. В течение месяца матросы тральщиков, армейские инженеры и «морские пчелы»[40] работали, не зная отдыха. Они восстановили судоходство, которое очень скоро стало даже более напряженным, чем в довоенное время. 2 июля полдюжины тральщиков очистили подходы к волнорезу Шербура: снабженческие суда уже могли попасть в порт.
За 5 дней корабли «YMS» обнаружили 22 якорные мины. Встреча мины с тральщиком редко отличалась дружелюбием. В первый же день взорвавшаяся мина повредила «YMS-347». Матросы сумели выполнить необходимый ремонт собственными силами, и корабль продолжил траление. У волнореза британский тральщик «MMS-1019» задел контактную мину, взорвался и затонул. Через несколько минут «YMS-350» обнаружил две мины, но оставил без внимания третью, которая отправила его на дно. При этом погибли 11 человек, а 9 получили ранения. В тот же день еще одна шербурская мина потопила британский пароход «Эмпайр Броудсворд».
Немецкие мины на дальних подходах к Шербуру оказались всего лишь цветочками. Как выяснилось, ягодки еще поджидали впереди. Даже после того, как 120 судов были потоплены, гавань оставалась буквально нафарширована минами. На сравнительно небольшой акватории их было обнаружено более 500. 'Тральщики боролись с контактными, магнитными минами, «устрицами», а также с однорогими монстрами величиной 7 футов по имени «Кэти». Эти чудища караулили на дне, ожидая, когда отливом занесет над ними какое-нибудь неудачливое судно. Иногда над «Кэти» покачивался небольшой поплавок, соединенный с ее единственным рогом. Если винты судна задевали поплавок, мина взрывалась. Чтобы усложнить жизнь морякам, некоторые мины снабжали механизмом запаздывания, позволявшим установить их на взрыв в любой момент в течение 85 дней, а также счетчиками судов. Следовательно, до объявления района безопасным для судоходства траление акустических и магнитных мин нужно было производить, как минимум, 8 раз в день на протяжении 85 дней: работа очень большая даже для многочисленного минного флота.
