«Это быстро исполнили, сани поставили на твёрдый лёд. Немного погодя Кемпбелл сказал мне, что кто-то из матросов, переходя по рыхлому снегу шагах в двухстах от судна, провалился одной ногой. Я не придал этому большого значения, поняв, что он провалился только сквозь верхнюю корку льда. Около 7 часов мне пришлось отправиться на берег с небольшим грузом. Кемпбелл остался отыскивать удобное место для перевозки мотора»[98].
Я нашёл в своём дневнике запись о том, что случилось дальше.
«Прошлой ночью лёд сильно размягчился в некоторых местах и я засомневался, можно ли вести через них пони от корабля к строящемуся дому — всего надо было пройти около четверти мили. Последние несколько дней быстро таяло, ибо стояла очень тёплая для Антарктики погода. Сегодня утром было всё то же самое, и Бейли провалился по самую шею.
Через полчаса после выгрузки саней на льдину нам приказали вытянуть их на твёрдый лёд — тот, что окружал корабль, взламывало у нас на глазах. Все ухватились за длинный буксирный канат, но попали на опасное место, и сзади кто-то закричал: „Полундра!“. С этого момента события развивались стремительно. Уильямсон провалился сквозь лёд, мы же все почувствовали сильный рывок. Канат натянулся, и, чтобы удержать его, приходилось изо всех сил отклоняться назад; тем не менее мотор окончательно ушёл под лёд, за ним начали погружаться и сами сани. Медленно-медленно рассекали они льдину, затем исчезли под водой, увлекая за собой и канат. Мы отчаянно цеплялись за него, но в какой-то момент каждый оказывался на краю полыньи и был вынужден оторвать от него руки.
Все собрались на твёрдом льду, а между нами и кораблём зияла злополучная полынья.
Пеннелл и Пристли пошли искать другую дорогу на судно, и Дэй попросил Пристли захватить на обратном пути его защитные очки. Немного погодя они вернулись со страховочной верёвкой; Пеннелл шёл впереди. Вдруг лёд под Пристли подломился, он окунулся с головой, но тут же выскочил; позднее он сообщил, что успел ощутить сильное подводное течение. В мгновение ока Пеннелл растянулся во всю длину на льду, схватил Пристли под мышки и вытащил. „Хэлло, Дэй, вот ваши очки“, — как ни в чём не бывало промолвил Пристли.
Мы вернулись на борт, но в этот день уже никто на берег не ходил, а назавтра мы проторили более надёжную дорогу в другом месте»[99].
