Мэгги была потрясена. Сидит и разговаривает с человеком, который знает ее гораздо лучше, чем она его. Насколько лучше? Пришлось подкрепиться глотком спиртного.
– Так, – выпалила она, сделав глубокий вдох. – Скажи мне честно. Я когда-нибудь спала с тобой… в будущем или прошлом?
И закатила глаза:
– Вау, прям как в «Сумеречной зоне»[3].
– Нет, мы никогда не занимались любовью, – серьезно и спокойно ответил Чак.
Но он желал ее. И слова не нужны – вожделение явно сверкало в глазах. Его все еще тянуло к ней.
– Мне пора домой, – поставила точку Мэгги. – Думаю, мои мозги впитали столько странностей, что всю ночь придется переваривать.
Она встала, но потом остановилась и взглянула на Чака:
– У тебя ведь есть где переночевать сегодня ночью?
– Вряд ли это приглашение, – одарил ее Чак одной из своих фирменных полуулыбок.
– Даже не мечтай, – почти истерично засмеялась Мэгги. – Но если тебе нужны деньги, чтобы снять номер в мотеле…
– Все в порядке. Я знаю, где Чарльз хранит еще одну банковскую карточку, так что легко получу наличные.
Потом нерешительно спросил:
– Можно зайти к тебе домой?
– Лучше не надо.
– А позвонить завтра?
– Ладно. Позвони.
И Мэгги поспешила прочь.
* * * * *
Сроки сдачи трех разных проспектов приближались с космической скоростью, но Мэг никак не могла сосредоточиться.
Не могла перестать думать о Чаке.
Его россказни – полный бред. Путешествия во времени. Секретное агентство со своими планами по свержению правительства. Чушь собачья.
И все-таки Мэгги осознавала, что верит небылицам.
Понимала, что, сидя перед компьютером, уплывает прочь от неотложной работы, размышляя вовсе не о брошюрах, а о молящих глазах. О том, как Чак смотрел на нее, словно она стакан с водой, а он умирает от жажды.
Влечение к этому субъекту – полное безумие. Если все рассказанное Чаком правда, то он из будущего, а значит, не принадлежит этому времени. Здесь присутствует только какая-то его часть. Если он не сможет вернуться в свое время, – а именно этого он и опасается, – вероятно, ему придется искать себе место в этой жизни и… А если все рассказанное ложь, если все это какая-то гигантская афера или мошенничество, что ж, значит, она дважды дура.
Нет, надо придержать эмоции. Друзья. Мэгги твердо вознамерилась приложить все усилия, чтобы они остались только друзьями.
Она крепко зажмурилась, пытаясь изгнать картину, как совершенно голый Чак стоит в ее дворе.
Еще труднее забыть глубину манящих карих глаз.
Не сумев написать ни единого внятного предложения, Мэгги схватила сумочку и ключи от машины и направилась в «Новые технологии». Надо собрать нужные материалы, и раз уж сочинительство забуксовало, можно сделать это прямо сейчас.
Что конечно же не имеет ничего общего с желанием еще разок взглянуть на человека, которого Чак назвал Чарльзом. Мэгги вовсе не собиралась совершить такую глупость, как шпионить за молодым Чаком.
Повернув на парковку «Технологий», Мэгги сразу увидела
Когда он взял вправо и направился в сторону Скотсдейла, Мэгги быстро развернулась, взвизгнув шинами на разогретом асфальте, и последовала за ним.
Сумасшествие. Уж точно не «сбор документов».
Между ними вклинились две машины. Отлично. Опасаясь, как бы Чарльз не заметил слежку, Мэгги слегка приотстала, когда он сделал еще один правый поворот и въехал в исторический центр Скотсдейла, заполненный магазинчиками, кафешками и четырехзвездочными ресторанами.
Современные Феникс и Скотсдейл были застроены огромными торговыми центрами, внутри которых покупатели ограждены от раскаленного пекла жгучего солнца при переходе из магазина в магазин. Но и древняя часть города, идя в ногу со временем, обзавелась кондиционерами, как любой маленький американский городок. Тротуары, невзирая на жару, заполнены туристами и обычными в обеденное время толпами деловых мужчин и женщин.
Чарльз припарковался на улице, Мэгги сделала то же самое, поставив машину на некотором расстоянии. Он пешком направился к лавочкам и ресторанам, Мэгги побежала, чтобы не отстать, когда он исчез за углом здания.
Полуденное солнце палило не по сезону, и даже короткая пробежка превратила ее рубашку в липкий сковывающий кокон. Свернув за угол, Мэгги с облегчением углядела Чарльза, черноволосая голова которого на добрых четыре дюйма возвышалась над толпой. Он пересек улицу и вошел внутрь модного на вид маленького ресторанчика под названием «Забегаловка папы Джона», потом уселся за столик возле окна.
Мэгги старалась не глазеть слишком явно, поэтому изобразила заинтересованное изучение витрины с бижутерией и искусными изделиями коренных американцев, время от времени оглядываясь через плечо на ресторан.
