В отличие от дамы, парень имел узкое, унылое лицо, крупный горбатый нос. Только одно объединяло эти портреты – широкие траурные рамки из натянутого на дерево крепа. Я протянула руку и погладила кота, который осторожно подошёл к ножке кресла и стал обнюхивать подол моей юбки. Кот возмущённо мяукнул, но царапаться и кусаться не стал.
– Как же тебя зовут, малыш? – вполголоса обратилась я к коту, почёсывая его за ушами.
Совершенно плоская морда животного произвела на меня сильное впечатление, особенно его профиль – почти совсем человеческий.
– Его зовут Каспар, – сказал кто-то очень знакомым голосом.
Я моментально обернулась и увидела за портьерой девочку, похожую на балерину – тонкую, высокую, с длинной шеей и гладко причёсанной головкой. И в следующую секунду вспомнила, что слышала этот мелодичный голосок в телефонной трубке, в первое утро после возвращения из Питера в Москву.
Ная Емельянова, дочка Галины, широко улыбалась мне, как старой знакомой. Одета девочка была в белую мужскую рубашку и короткую клетчатую юбку – по нынешней моде, Толстую косу Ная свернула кренделем на затылке.
– Извините, Оксана Валерьевна, что не сразу вышла вас встретить. Мама и так еле согласилась, всё спать меня гнала – чтобы не мешала вам с Диной. Да ещё кино нужно было досмотреть, серия кончалась…
– Да ничего, ничего, Анастасия, всё нормально! – бодро сказала я, хотя не представляла себе, что в данный момент делает Дина и не уехала ли она потихоньку из квартиры старшей сестры, пока я рассматривала портреты и статуэтки. Даже не покидая Москву, она может спрятаться у кого-нибудь из своих многочисленных любовников и обдумать план дальнейших действий. Мне сегодня удалось застать Дину врасплох, но она не из тех, кто легко сдаётся.
Похоже, «Фам-фаталь» элегантно выскользнула из расставленной мною западни, пожертвовав при этом своими родственниками. Галина, конечно, помогла сестре скрыться, несмотря на то, что сама послала кузена в Лахту. Галину в любом случае осуждать нельзя – тогда она хотела вытащить Дину из Бутырской тюрьмы, а сейчас боится, как бы младшенькая снова туда не угодила.
Престиж агентства её мало волнует. Но должна же Галя помнить об их с Ильёй горестях и тревогах, о помощи Озирского, без которой Дина так и гнила бы в камере, а не посещала дорогие рестораны в компании знаменитых людей. Дина во дворе говорила мне о том, что благодарна нам с Андреем за помощь, но лишь для того, чтобы выиграть время…
Ная явно принадлежала к числу тех детей, которые всюду суют свой нос и благодаря этому оказываются весьма осведомлёнными. И сейчас она не могла ни спать, ни смотреть телевизор; возможность побеседовать с настоящим сыщиком представляется не каждый день. И потому Анастасия Игоревна Емельянова чинно уселась в другое старинное кресло, набитое конским волосом, закинула ногу на ногу и сцепила пальцы рук. Должно быть, она считала этот жест очень красивым и аристократичным.
– Дина скоро придёт. Ей нужно кому-то срочно позвонить…
Я не замечала в поведении девочки никакой нервозности, но всё же беспокоилась, подозревала, не доверяла, и потому была готова ко всему.
– Ничего, Я дождусь её. И дольше приходилось ждать.
Ная поглаживала флегматичного домашнего любимца, а я смотрела на её чистое и спокойное личико и представляла картины одну страшнее другой. Кому Дина сейчас звонит, интересно? Хорошо, что сориентировала Чугунова по месту; ребята, наверное, вот-вот будут во дворе.
Лёшка хотел расспросить меня подробнее, где я пропадала, почему не отвечала на звонки по «соте», какие планы на сегодняшнюю ночь у меня и у объекта, но я быстро свернула беседу и положила трубку. Пусть и Генриетта будет в курсе – в случае чего, расскажет всё мужу. С Диной-то и до сих пор всё непросто получалось, а сейчас она может пойти ва-банк.
Например, оставит меня здесь в заложниках, а потом выйдет на Андрея с требованием прекратить наблюдение, выставит ряд условий. Захочет, допустим, ознакомиться с имеющейся информацией по делу. Да нет, не будет Дина усугублять своё и без того сложное положение. Она знает, что мы – частные сыщики, и всегда можем поладить с клиентом. Отчитываемся мы только перед заказчиками, а таковыми в нашем случае являются Илья Брайнин и Галина Емельянова.
– Оксана Валерьевна, я так рада, что вы приехали! – продолжала заливисто болтать Ная, поглаживая и тиская смирившегося со своей участью Каспара.
Ная чмокнула кота в нос, и красивые чёрные глаза её заблестели, как хрустальные подвески на люстре.
– А я смотрю фильм «Строго на юг». Вы любите Пола Гросса? Я от него без ума, он такой душечка! В кино констебля Фрейзера играет. Люблю всякие детективы, ужас! Дина нам не говорила, что вас приведёт. Уехала на важную встречу, обещала вернуться около одиннадцати вечера…
Девочка перехватила мой взгляд, брошенный на портрет кудрявой женщины.
– Это моя прабабушка Даниэла, её звали Даня. Она всю жизнь вот эти статуэтки собирала, и от прапрадедушки ещё остались. А это её муж, мамин дедушка, Григорий.
