общего образования страны; часто говорили, что не числом неграмотных измеряется степень образованности
вообще. Согласимся с этим возражением, хотя, по правде сказать, различные степени образования более
связаны между собою, чем это кажется, и трудно развиться одной, в то время как другая не развивается
одновременно с ней. Во всяком случае, если уровень первоначальной культуры только в очень слабой степени
отражает уровень культуры научной, то все же с достаточной точностью указывает, в какой мере народ, взятый в общей массе, испытывает жажду знаний; потребность в просвещении должна ощущаться в высшей
степени, раз возникло стремление распространить его элементы вплоть до самых низших слоев населения. Для
того чтобы предоставить в общее пользование средства к образованию, для того чтобы объявить невежество
наказуемым по закону, народ должен считать прояснение и развитие сознания непременным условием своего
бытия. В самом деле, если протестантские нации признали такую важность за образованием, то они это
сделали потому, что считают необходимым каждому человеку доставить возможность читать и толковать
Библию. В данный момент мы хотим определить среднюю интенсивность этой потребности и то значение, которое каждый народ приписывает науке, а не ценность его ученых и их открытий. С этой специальной точки
зрения состояние высшего образования и чисто научного творчества было бы плохим критерием, так как оно
показывало бы нам только то, что происходит в ограниченном кругу общества. Народное и общее образование
в данном случае является более верным признаком.
Таким образом, доказав наше первое предложение, перейдем ко второму. Правда ли, что потребность в
образовании в той мере, в какой она соответствует ослаблению господствующей веры, растет пропорци-
онально числу самоубийств? Уже один тот факт, что протестанты более образованны, чем католики, и лишают
себя жизни чаще, чем они, является, так сказать, первой презумпцией в пользу этого допущения. Но этот закон
подтверждается не только сравнением одного вероисповедания с другими; он наблюдается в равной степени и
внутри каждой вероисповедной группы. Италия — страна всецело католическая; народное образование и
самоубийство распределяются в ней совершенно одинаковым образом.
Здесь соответствуют друг другу не только средние числа, но соответствие это простирается вплоть до
мельчайших деталей; существует только одно исключение— Эмилия, где под влиянием местных причин
число самоубийств не имеет никакого соотношения со степенью образования. Те же наблюдения можно про-
извести и во Франции. Больше всего неграмотных супругов в следующих департаментах (ниже 20%):
самоубийств. Среди департаментов, где свыше 10% супружеских пар абсолютно неграмотны, нет ни одного, принадлежащего к северо-востоку страны— классическому месту самоубийств во Франции.
Если мы будем сравнивать протестантские страны, то найдем такой же параллелизм. В Саксонии процент
самоубийств больше, чем в Пруссии,— в Пруссии больше неграмотных, чем в Саксонии (5,52% вместо 1,3% в
1865 г.). Саксония отличается тем, что число школьников превышает в ней обязательную законную норму. На
1000 детей школьного возраста в 1877—1878 гг. было 1031 посещавших школы, т. е. многие из них
продолжали свое обучение дальше установленного законом времени. Этого не наблюдается ни в какой другой
стране. Наконец, Англия есть, как мы знаем, та из протестантских стран, где меньше всего совершается
самоубийств, и она больше всех по образованию приближается к католическим странам. В 1865 г. в ан-
глийском флоте было 23% матросов, не умевших читать, и 27% — не умевших писать.
Можно присоединить сюда еще целый ряд фактов, подтверждающих предыдущие данные. Стремление к
знаниям особенно живо чувствуется среди представителей свободных профессий и вообще среди людей, принадлежащих к состоятельным классам, у которых умственная жизнь бьется усиленным темпом. И хотя
статистика самоубийств по профессиям и классам не может быть установлена с полной достоверностью, но
несомненно, что самоубийство всего больше развито в высших слоях общества. Во Франции в 1826—1860 гг.
во главе самоубийц стояли люди свободных профессий: они дают 550 случаев на 1 млн людей той же
профессиональной группы, тогда как непосредственно следующий за ними по числу самоубийств класс
www.koob.ru
прислуги дает только 290. В Италии Морселли удалось рассмотреть отдельно самоубийства среди людей, специально занимающихся наукой, и он нашел, что здесь самоубийства более часты, чем в пределах какой бы
то ни было иной профессии. В течение периода 1868—1876 гг. насчитывалось 482,6 случая на 1 млн жителей
этой профессии; следующую ступень представляет собою армия — 401,1, а среднее число во всей стране
равняется только 32. В Пруссии (1883— 1890 гг.) класс чиновников, который комплектуется с большим
