бы это врожденное качество только сдерживалось и маскировалось тем своеобразным моральным упадком, который вызывается в женщине супружескими отношениями, то оно должно было бы обнаружиться после
смерти супруга. Мы должны были бы наблюдать, что женщина, освободившись из-под гнета супружеского
ярма, возвращает себе все свои преимущества и утверждает свое превосходство над теми из представительниц
своего поколения, которым не удалось выйти замуж. Другими словами, бездетные вдовы по сравнению с
девицами должны были бы иметь коэффициент, по величине приближающийся по меньшей мере к тому, которым пользуются бездетные вдовцы. Ничего подобного нет на самом деле: 1 млн бездетных вдов дает
ежегодно 322 случая самоубийства; 1 млн незамужних женщин 60 лет (средний возраст для вдовы) дает число, колеблющееся между 189—204, приблизительно 196. Первое относится ко второму, как 100 к 60. Бездетные
вдовы имеют коэффициент ниже единицы, иначе говоря, коэффициент отрицательный; цифра 0,60 даже
несколько меньше, чем число, выражающее собой коэффициент бездетных замужних женщин (0,67).
Следовательно, можно вполне определенно сказать, что вовсе не брак мешает этим последним проявить ту
естественную предохраненность от самоубийства, которую им приписывают.
В ответ на это могут возразить, что полному возрождению благоприятных свойств, заглохших во время
брака, мешает то обстоятельство, что для женщины быть вдовой еще хуже, чем быть замужем. Надо сознаться, что это очень распространенное в обществе мнение, будто вдова находится в более критическом положении, чем вдовец. Обыкновенно указывают на материальные и моральные затруднения, с которыми вдове
приходится бороться, отстаивая свое существование, особенно если судьба заставляет прокармливать целую
семью.
Существует даже мнение, будто факты вполне подтверждают такое предположение. По мнению Морселли, статистикой установлено, что женщина-вдова менее отстает от мужчин по степени наклонности к само-
убийству, чем тогда, когда она живет в браке; а так как, выходя замуж, женщина в этом смысле уже при-
близилась к мужчине, то, очевидно, для нее нет худшего положения, чем вдовство.
Доля женщины в общей массе самоубийств, совершенных обоими полами в состоянии вдовства,
действительно кажется значим ельно большей, чем в сумме самоубийств, совершенных людьми, состоящими в
браке. Не служит ли этот факт доказательством того, что вдовство тяжелее переносится женщиной, чем
замужество? Если это так, то нет ничего удивительного в том, что, овдовев, женщине еще труднее, чем в
период брачной жизни, проявить свои природные положительные свойства.
К несчастью, этот мнимый закон покоится на фактической ошибке. Морселли забыл, что всюду вдов в 2
раза больше, чем вдовцов. Во Франции, в круглых цифрах, насчитывается 2 000 000 первых и 1 000 000 вто-
рых. В Пруссии, по переписи 1890 г., насчитывалось 450000 одних и 1 319000 других. При таких условиях
вполне естественно, что относительное число самоубийств у вдов значительнее, чем у замужних женщин, которых, само собою разумеется, имеется ровно столько же, как и женатых мужчин. Для того чтобы сравнение
имело какую-нибудь ценность, надо обе группы населения привести к одинаковому уровню; но если
выполнить эту предосторожность, получится результат, обратный тому, какой дает Морселли. В среднем
возрасте вдов, т. е. в 60-летнем возрасте, 1 млн женщин дает 154 случая самоубийства и 1 млн мужчин— 577.
Доля женщин (21%) значительно уменьшается для вдов. На 1 млн вдов приходится 210 случаев, а на 1 млн
вдовцов—1017. Мы видим, что из 100 самоубийств вдовых обоего пола на долю женщин приходится только
17. Напротив, пропорция мужчин поднимается от 79 до 83%. Итак, становясь вдовцом, мужчина теряет
больше, чем женщина, попадающая в аналогичное положение, так как он теряет при этом некоторые из тех
преимуществ, которые связаны для него с брачным состоянием. Нет никакого основания предполагать, что эта
перемена положения приносит женщине больше забот и огорчений, чем мужчине; действительность говорит
нам обратное. Известно, что смертность среди вдовцов значительно выше, чем среди вдов; то же можно
сказать и относительно вторичного вступления в брак. Вдовцы в любом возрасте в 3 или в 4 раза чаще
www.koob.ru
вторично женятся, чем холостяки вступают в брак, тогда как вдовы выходят замуж только немногим больше
чем девушки. Женщина с такою же степенью холодности относится ко вторичному замужеству, с какою
горячностью мужчина стремится вторично жениться. Дело обстояло бы совершенно иначе, если бы положение
вдовца легко переносилось мужчиной и если бы, наоборот, женщина, согласно общераспространенному
мнению, так много терпела от потери мужа.
Но если в положении вдовы нет ничего такого, чтобы специально парализовать те природные качества, которые предполагаются у женщины в силу одного того, что она была избрана в супруги, и если качества эти
не проявляют себя во время брака хоть сколько-нибудь заметным образом, то нет никакого основания
