Наше искреннее желание, чтобы преданностью и храбростью Наших верных подданных был бы скорее восстановлен вечный мир и сохранена слава Нашей Империи».
После обнародования Высочайших манифестов о начале войны в столицах России и Японии состоялись торжественные официальные церемонии по такому случаю. 27 января, в 4 часа дня, в Зимнем дворце состоялся «Высочайший выход к молебствию» по случаю объявления войны с Японией. Государь Николай II был встречен собравшимися, среди которых было много военных людей, с «неописуемым восторгом».
Официальная церемония объявления войны России в Японии выглядела более сдержанно. 29 января в дворцовых покоях столицы Страны восходящего солнца города Токио – в залах Кеннджо, Корейден и Ками-доно – были совершены богослужения и собравшимся прочитан императорский манифест. С той же целью обер-гофмаршал принц Инакура Томосада был отправлен микадо в особо почитаемый храм Исе, где, кроме участия в богослужении по поводу объявления войны, совершил поклонение гробницам Джимму-Денно, где покоились останки основателя правящей династии на Японских островах и отца нынешнего микадо – Комея.
Решение же о начале войны против России было принято в Японии на совместном заседании тайного совета с приглашением всех министров, за день до официального объявления Токио о разрыве дипломатических отношений с Россией. А само объявление было сделано уже после атаки русской эскадры под Порт-Артуром, что вполне соответствовало самурайскому духу исполнителей.
Впоследствии японский историк Тадаси Отиай в одной из своих работ («Проблема северных территорий: исторические факты, законность, политический фон», 1992 год) задал вопрос: «Можно ли рассматривать превентивную атаку Японии вероломной агрессией?» И сам же дает на него ответ: «Рано или поздно Россия сама бы напала на Японию».
Так для мировой истории на заре ХХ столетия началась Русско-японская война 1904–1905 годов. Для истории в старой России она звалась просто Японской.
Известно, как отреагировал министр иностранных дел России граф В.Н. Ламсдорф, разбуженный ночью с 26 на 27 января 1904 года. Стоя в халате, глава российского внешнеполитического ведомства, прочитав телеграмму царского наместника на Дальнем Востоке адмирала Алексеева о нападении японских миноносцев на русскую эскадру на внешнем рейде Порт-Артура, всердцах бросил посланным к нему одну-единственную фразу. Она в отечественной истории стала крылатой:
«Доигрались-таки!»
…Высшему командованию Японии в выборе первого удара думать долго не приходилось. Хотя бы потому, что он виделся по-самурайски внезапным. Такой целью могла быть только крепость Порт-Артур. Вернее, стоявшая в ней русская Тихоокеанская эскадра.
Японская разведка самым бдительным образом сторожила каждое действие русского командования, особенно морского, на Дальнем Востоке. Поэтому выход порт-артурской эскадры из внутренней гавани морской крепости на внешний рейд не мог остаться незамеченным для заинтересованных лиц. Об этом многозначительном факте стало незамедлительно известно в Токио.
Выход порт-артурской эскадры для стоянки на незащищенном внешнем рейде давал прекрасную возможность внезапной ее атаки. Японское высшее военное командование во главе с маршалом Ивао Оямой и вице-адмиралом Хейхатиро Того, верное самурайским правилам ведения войны, задумало начать боевые действия без официального объявления войны своему соседу. Такое решение было принято на совещании у микадо Ишихито. В стране заранее объявляется всеобщая мобилизация.
Применять военную силу и «враждебные действия» японская сторона впервые начала не под Порт-Артуром и Чемульпо. 24 января в Корейском проливе, в трех милях от берега и в шести милях от порта Фузан, японцы силой захватили гражданский пароход российского Добровольческого флота «Екатеринослав». В самом Фузане был захвачен пароход Китайско-Восточной железной дороги «Мукден». Такая же участь постигает и другие русские торговые суда, волей судьбы оказавшиеся в те дни в Корейском проливе («Россия» и «Аргунь») и на рейде портового города Нагасаки.
Командующий Соединенным флотом, которому суждено было в истории стать подлинным кумиром Японии, получил совершенно секретный приказ о начале войны на море, который не давал ему ни дня на размышления. Вице-адмирал Хейхатиро Того немедленно собрал на флагманском броненосце командиров кораблей Соединенного флота и отдал им следующее распоряжение:
«Я предлагаю теперь же со всем флотом направиться в Желтое море и атаковать суда неприятеля, стоящие в Порт-Артуре и Чемуль. Начальнику 4‑го боевого отряда контр-адмиралу Уриу со своим отрядом (с присоединением крейсера «Асама») и 9‑му и 14‑му отрядам миноносцев предписываю идти в Чемульпо и атаковать там неприятеля, а также охранять высадку войск в этой местности.
1, 2 и 3‑й боевые отряды вместе с отрядами истребителей пойдут прямо в Порт-Артур. Отряды истребителей ночью атакуют неприятельские суда, стоящие на рейде. Эскадра же предлагает атаковать неприятеля на следующий день».
