Стратегические последствия сражения на реке Ялу, как первого сражения на суше начавшейся войны, были весьма значительными и оказали существенное влияние на дальнейший ход боевых действий. Поражение подорвало моральное состояние русских войск, веру нижних чинов в своих военачальников-генералов и создало ошибочное мнение о силе и возможностях противника, которые оказались значительно преувеличенными.
Значение сражения на реке Ялу в стратегическом отношении было важно и в другом. С поражением русского Восточного отряда генерала М.И. Засулича обстановка на театре военных действий стала для Японии улучшаться. Ее 1‑я императорская армия под командованием генерала Тамесады Куроки оказалась на маньчжурском берегу реки Ялу и тем самым получила операционный простор для своего дальнейшего продвижения к Квантуну.
Более того, 1‑я армия, расчистив для себя удобный путь в Южную Маньчжурию, дала возможность командованию взять в руки стратегическую инициативу в только-только начавшейся войне. Теперь почти все южное побережье Ляодунского полуострова открывалось для беспрепятственной высадки японских войск. Это было как раз то, на что так надеялся главнокомандующий маршал Ивао Ояма. Для него это был большой успех.
Победа на берегах реки Ялу подняла боевой и моральный дух японских войск. Такое начало войны против России их окрыляло. Командующий 1‑й императорской армии генерал Тамесада Куроки доносил в победной реляции маршалу Ояме:
«Принцы крови и другие офицеры сильно воодушевлены, а воинский дух в частях значительно поднялся».
О понесенном поражении на реке Ялу командующий Маньчжурской армией генерал от инфантерии А.Н. Куропаткин доложил императору Николаю II следующим образом: «…Бой у Ялу явился случайным как для начальников, так и для войск».
Куропаткин вновь требует от любых военачальников «всеми мерами избегать решительного боя» до отхода «на главные силы нашей армии». То есть он лишал права даже ротного командира вести бой упорно, стойко, по-суворовски. О какой-то инициативности на поле боя речь даже не шла. Такими будут «куропаткинские» требования на всю Японскую войну.
Трагическая гибель под Порт-Артуром командующего флотом Тихого океана вице-адмирала С.О. Макарова на эскадренном броненосце «Петропавловск» и поражение русского Восточного отряда в сражении на пограничной реке Ялу «открыли» перед Японией поля Южной Маньчжурии. Дальнейшие события войны разворачивались по сценарию, разработанному в кабинетах Генерального штаба Страны восходящего солнца.
Началась массовая высадка японских войск на Ляодунский полуостров. 2‑я японская армия, численностью около 35 тысяч человек при 216 орудиях под командованием генерал-лейтенанта Ясукаты Оку, приступила к высадке в порту Бицзыво, всего лишь в 65 километрах к северо-востоку от Порт-Артурской крепости. Первыми высадились моряки-десантники, которые приступили к постройке пристаней. После этого одна за другой с транспортов сошли на берег три пехотные дивизии и отдельная артиллерийская бригада.
На какое-то время японцам пришлось задержать десантирование, поскольку на берегу показался казачий разъезд 1‑го Верхнеудинского полка забайкальцев: они не ожидали увидеть у Бицзыво русских. Однако тревога оказалось ложной, так как никто не стал мешать свозу десанта на берег. Но сотне казаков-бурят пришлось прорываться с боем: японская пехота попыталась взять их в кольцо.
Продвигаясь на юг, армия барона Оку практически не встречала сопротивления противника и вскоре перерезала железную дорогу, которая связывала русскую крепость с КВЖД, с городом Мукденом. В Порт-Артуре такое известие стало полной неожиданностью.
Вслед за 2‑й армией на ляодунское побережье стала высаживаться 3‑я императорская армия генерала Маресукэ Ноги, сформированная специально для осады Порт-Артурской крепости. С севера ее десантирование и развертывание прикрывали войска Оку, которым по плану высшего командования предстояло обеспечивать осадную армию.
В то же самое время западнее устья реки Ялу, в порту Дагушань (Такушань), началась высадка японской 4‑й армии под командованием генерала Митицуры Нодзу (Ноцу). Ее численность составляла около 26 тысяч человек. Эскадра адмирала Хосайя подвергла место десантирования сильному артиллерийскому обстрелу. Но к большому удивлению японцев, русских войск у Дагушаня не оказалось.
Весть о начале десантрования противника пришла в Порт-Артур в 8 часов утра 23 апреля. После получения таких известий адмирал Е.И. Алексеев оставил Порт-Артур и на одном из последних поездов прибыл в город Ляоян, где располагался штаб командующего Маньчжурской армией. Японцы же прервали железнодорожное сообщение только через три дня.
