Наконец означенный день настал. Было тепло и ясно, рядом с усыпальницей пышно цвели вишни. Вокруг Коё-ин поставили ширму. Ее охраняли воины. Мицухиса вошел в зал и лично зажег свет сначала перед поминальной табличкой покойного отца, а затем перед табличками каждого из девятнадцати человек. Потом были допущены родственники. Им подарили церемониальные одежды с гербом клана Хосокава: нагакамисимо для тех, кто имел ранг всадника и выше, и хангамисимо для тех, кто имел ранг пехотинца. Низшие же рангом получили денежные подарки за службу покойному господину.
Церемония прошла спокойно, за исключением одного странного случая. Когда Абэ Гонбэ подошел к мемориальной табличке Тадатоси, он тоже зажег свечу, но, завершив поклонение, вдруг достал кинжал, отрезал пучок волос у себя на макушке и положил их перед табличкой. Ошеломленные таким необычным поведением Абэ, самураи, присутствовавшие на церемонии, поначалу не знали, что делать. Лишь потом, когда Гонбэ со спокойным достоинством отошел на несколько шагов, один из них пришел в себя и подбежал к Гонбэ с криком: «Господин Абэ, подождите!» К нему присоединились еще двое. Они отвели Гонбэ в другую комнату.
Гонбэ объяснил: «Вы, должно быть, подумали, что я сошел с ума, но это не так. Мой отец Яитиэмон безупречно служил всю свою жизнь. Вот почему он удостоился чести быть помещенным в ряду других знатных людей, хотя он покончил с собой без разрешения нашего господина. Его заслуги позволили мне, всего лишь его родственнику, зажечь свечу перед табличкой нашего покойного господина впереди многих других людей. Тем не менее власти считают, что я не способен служить клану так же хорошо, как мой отец. Они разделили земли моего отца и распределили их между братьями. Мое существование стало бессмысленным для нашего покойного господина, для нашего нынешнего господина, для моего покойного отца, для моих родственников и друзей. Я долго думал об этом. Сегодня, когда подошел мой черед зажечь свечу перед табличкой нашего покойного господина, со мной что-то произошло, и я решил пренебречь статусом самурая. Я жажду быть наказанным за отсутствие должного почтения, но я не сошел с ума».
Мицухиса, узнав об этом, разгневался. Во-первых, он был возмущен явно провокационным поступком Гонбэ. Во-вторых, он корил себя за то, что последовал совету Гэки и сделал то, что не должен был делать. Мицухиса только исполнилось двадцать четыре года, он был молодым и импульсивным и не умел контролировать чувства и сдерживать желания. Он не отличался великодушием оказывать милости в ответ на неповиновение и тут же приказал взять Гонбэ под стражу. Узнав об этом, Ягобэ и другие члены семьи Абэ закрыли ворота – для того, сказали они, чтобы ждать дальнейших указаний господина. Ночью же они тайно собрались вместе и говорили о своем будущем.
В конце концов было решено обратиться к настоятелю Тэнъю, который прибыл для проведения церемоний в честь первой годовщины смерти господина и все еще оставался здесь. Итидаю отправился на постоялый двор, где остановился священнослужитель, поведал ему всю историю и попросил его уговорить Мицухиса проявить снисходительность к Гонбэ. Тэнъю все внимательно выслушал и сказал: «Я искренне сожалею о том, что случилось с вашей семьей. Но я не имею права вмешиваться в действия господина Мицухиса. Если же Гонбэ будет приговорен к смерти, я, конечно, попытаюсь уговорить господина сохранить ему жизнь. Тем более что теперь, обрезав волосы, Гонбэ по сути стал монахом. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы сохранить ему жизнь».
Воодушевленный, Итидаю отправился домой. Узнав новости, члены семьи решили, что нашли спасительный выход.
Время шло, и настоятель Тэнъю уже должен был скоро возвращаться в Киото. Встречаясь с Мицухиса, Тэнъю все время старался вывести разговор на поступок Абэ Гонбэ, но ему не удавалось. Тому было объяснение. Мицухиса понимал, что священнослужитель будет просить его помиловать Гонбэ, если он приговорит того к смерти, пока Тэнъю находится здесь. Просьбу Тэнъю, настоятеля большого храма, невозможно было бы проигнорировать. Мицухиса просто ждал, когда он уедет, чтобы затем решить дело. В конце концов Тэнъю покинул Кумамото, так ничего и не добившись.
Как только Тэнъю уехал, Мицухиса приказал отвезти Абэ Гонбэ в Идэнокути и повесить. Было дано и официальное объяснение такому наказанию: Гонбэ вел себя непочтительно по отношению к мемориальной табличке покойного господина и всем своим поведением бросил вызов властям.
