Валерка подумал, что немедленно утопится, если дядька скажет еще что-нибудь. Но тот молча залез в лодку.
Валерка тоже туда забрался и сел так, чтобы не видеть берег. Но лодка разворачивалась, и они оба увидели, как Ганка понуро бредет по гальке, с трудом волоча ноги в своих кошмарных кроссовках.
Валерка отвернулся, стал смотреть на старый причал, где вчера — только вчера! — увидел ее первый раз. Не хотелось вспоминать, но поневоле вспоминалось, как она появилась из тумана — в этом поношенном сером плаще, с косичками, кудряшками на лбу, с этими своими черными глазищами в кукольных ресницах, и похвалила Валерку за то, что сбросил в воду чалку лодки Урана.
Валерка так и ахнул, завертелся на банке, вглядываясь в удаляющуюся старую пристань. Они шли на самой малой скорости, чтобы мотор не слишком трещал, однако пристань все равно быстро удалялась, а остров приближался.
— Сан Саныч! — крикнул он. — Лодки Урана на месте нет! Он не в городе, он уехал на остров!
— Вот же бес! — проворчал Сан Саныч. — Видно, что-то заподозрил. И помчался предупредить мамашу. Надо спешить! Эх, зря я тебя с собой…
Он не договорил.
Что-то ударило в днище, да так сильно, что лодка подпрыгнула и накренилась.
Всплеснув руками, женщина бросилась вдоль речки и с разбегу рухнула на колени. Схватила опаленный зеленый комочек, прижала к груди со слезами:
— Пашка! Глупый! Зачем ты к ним?! Бедный ты…
«Пашка? Почему Пашка?» — разом подумали все.
Тому, что заяц был зеленый, почему-то не удивлялись.
— Ну ладно, Белова. Хватит причитать. — Тон Альфы был суров. — Встань-ка да ответь нам на пару вопросиков.
Она не шелохнулась.
Тогда Гамма раздраженно тряхнул ее за плечо. И вскрикнул невольно: от неловкого движения рука повисла плетью!
А женщина бережно уложила зеленого зайца на траву и поднялась с колен, по-прежнему не поднимая глаз. То ли слез своих застыдилась, то ли омерзительно было на людей смотреть?
— Послушайте, Белова! — процедил Альфа. — На реке в районе острова за последнее время пропали несколько человек. Вы их видели?
Она качнула головой.
— Вспомните хорошенько! — В голосе Альфы зазвучал металл.
Опять медленно качнулась ее голова, но взглядом женщина никого не удостоила.
— Хватит врать! — вскричал очнувшийся от боли Гамма. — Где они? Мы нашли их вещи! Живы эти люди или… Говори!
Молчание.
— Да это же просто исчадие какое-то! — возопил Бета. — Как ее только земля носит?!
— Лучше спросите, как она вас носит, — глухо произнесла женщина. — Вы-то разве люди? И разве людьми были те, кого вы ищете?
— А! — насмешливо сказал Альфа. — Вот и проговорилась! Значит, вы их все-таки видели? И если это ваших с сынком рук дело…
И вот тут-то она вскинула глаза, и Альфа ощутил такую ломоту во лбу, словно с разбегу ударился о стену!
Все замерло в лесу. Казалось, воздух остекленел.
И в эту тишину вдруг ударил незнакомый голос:
— Стойте!
На острове появился еще один человек: высокий, беловолосый, зеленоглазый юноша.
Раньше Альфа видел его только на снимках, но узнал сразу.
Тот самый Уран Белов!
«На топляк наскочили?» — подумал Валерка, перевешиваясь через борт и пытаясь разглядеть в глубине затонувшее бревно, на которое они налетели.
И тут же вновь ударило в дно! Лодка опять подскочила — и Валерка головой вперед полетел в реку.
Он погрузился довольно глубоко, перевернулся, торопливо начал всплывать — и вдруг увидел то, что атаковало лодку.
Это было не бревно. Это был осетр — огромный, таких он никогда не видывал! Метра два длиной, не меньше, а в ширину — как хорошее бревно!
Валерка тупо уставился на него, а тем временем осетр, проворно развернувшись, пошел на лодку снова. И опять ударил в днище!
Лодка взлетела вверх, перевернулась — и рядом с Валеркой очутился Сан Саныч. Схватил племянника за шкирку и потащил вверх, а то Валерка от изумления даже забыл, что надо вообще-то выныривать.
Они уставились друг на друга, вытаращив глаза и хватая ртом воздух. Потом повернулись к лодке, которая продолжала скакать на воде. Рыбина от нее не отставала и продолжала подбрасывать. Шум стоял такой, будто шла морская баталия.
— К берегу! — выдохнул Сан Саныч. — Доплывешь, чемпион?
Валерка еще не был чемпионом, но плавал хорошо. Эти сто метров, которые оставались до острова, были для него сущим пустяком. Он даже не запыхался — в отличие, между прочим, от Сан Саныча, который немного отстал.
Едва встав на ноги на мелководье, оглянулись.
Над водой торчала одна корма. Лодка тонула: рыба добилась своего.
— А, так же тебя… — бессильно простонал Сан Саныч. — Сбесился осетр, что ли?! Никогда такого не видел! Да и вообще осетров здесь не видел никогда!
— Сан Саныч, — испуганно сказал Валерка, — смотри!
По воде стремительно шла дорожка мелкой ряби, приближаясь к берегу. Это рыбина приближалась к ним!
— Бегом! — крикнул Сан Саныч и так толкнул Валерку, что тот чуть не упал.
В тучах брызг вылетели на песчаную отмель, потом на траву, вскарабкались на обрывчик, нависающий над кромкой берега, потом оба как-то разом спохватились, что рыба вряд ли побежит за ними по песку, и обернулись.
