— Я заботился о тебе… — прохрипел парень, захлёбываясь в собственной сочащейся изо рта крови и умолк навсегда. Его слова отрезвили её. Она опомнилась, не понимая, почему держит нож, а под ней лежит брат в ужасающем виде. На странный шум проснулись Элизабет и Джереми. Они встали и кинулись на звуки, но зайдя комнату сына, застали лишь стоящую в свете луны окровавленную Саманту и рядом лежащего в луже собственной крови, Джорджа. Джереми, не медля, подбежал к дочери, выхватывая оружие. Элизабет закричала в приближающемся приступе истерики, будя остальных членов семьи. Разъярённый отец схватил девушку и повёл на первый этаж. Дойдя до подвала, он бросил Саманту в сырое помещение. Даже сквозь эти толстые каменные стены она могла слышать крики ужаса своей семьи. Когда общая истерия и паника начали утихать, все принялись за ругань и споры о том, что делать дальше. Переругавшись, взрослые приняли решение увезти Саманту в далёкий город Гроувер, сдав в клинику. Семейство чаёвников не могло не знать об этом городе, положившему начало их бизнесу. Так что, не медля, они наняли доверенных лиц для секретной перевозки. Это была худшая ночь в жизни Саманты.
И сейчас в голове бегало множество мыслей, смешавшихся в одну большую путаницу: нахлынувшие воспоминания, укоры, обвинения и ненависть к самой себе, непонимание, что делать дальше. В коридоре появляется кто-то ещё. Девушка оборачивается и видит её — Долорес. У Саманты застревает ком в горле и дальнейшую реакцию девочки она предсказать не может. В их следующую встречу девушка представляла, как будет извиняться, как они порисуют вместе или что-нибудь ещё. Но точно не так, как Долорес узрит истерзанную своей подругой женщину. Секунды тянутся точно минуты, но Лола молчит. Девушки лишь немо смотрят друг другу в глаза. У Лолы весь трагизм в них.
— Иди, — тихо, но эмоционально проговаривает она, — Иди! Я задержу их, просто уходи, — склонив голову, говорит Долорес. Саманта забыла отметить, у Лолы было зеркальце в руках, видимо, пережило тот удар. И Долорес просто любовалась собой, а потом выбежала на страшные звуки, даже зеркало забыв оставить. Саманта лезет в карманы халата убитой, находя ключи от запертой двери, и поднимается с пола, — Подожди секунду лишь, — останавливает её Долорес, подходя ближе и неуверенно протягивая зеркало, боясь повлечь агрессию, — Возьми. Если не примешь, я пойму. Просто хотела, чтобы моя частичка была с тобой, — Саманта обомлела от её слов. Девушка берёт предмет из её рук.
— Лола… Спасибо, спасибо. Прошу, прости меня. Умоляю, прости, — срывающимся голосом отвечает девушка. Долорес хмурится.
— Иди уже! И не смей возвращать мне это, — шуточно улыбнулась девочка. Уголки губ Саманты тоже потянулись вверх, но обе их улыбки были больше горестными.
— Обещаю, не верну, — ответила она. Даже без этого они понимали, что никогда Саманта не вернёт это зеркало Долорес и даже не потому, что никогда не вернётся в Гроувер. Они дарят друг другу последний взгляд и Саманта бежит прочь, к двери. Руки судорожно трясутся. Среди множества ключей ищет подходящий. Пара попыток и дверь отворилась. Саманта сбегает с лестницы и перед ней два пути — обычный вход, на котором за стеклом находится человек и другой, служебный. Она выбирает второй. Правда, Саманта не учла, что находится в больничной сорочке и поэтому наружный холод морозит её совсем, как в первый раз, когда она только прибыла сюда. Тем не менее, бьющий адреналин в какой-то мере согревает её, не давая прочувствовать всё. Выбравшись, девушка испытывает какое-то небольшое облегчение от вдыхания морозного свежего воздуха, будто воздуха свободы. Она уже знает, куда пойдёт, ведь во всем городе ей некуда больше пойти, чем кроме как в это место. Церковь. Она знает, что он всегда ждёт её и уверена, что он не сдаст её.
Спустя полпути, прошедшего к церкви, Клоуфорд устало садится на сырую землю за каким-то деревянным домиком. Сделав передышку, она вновь направляется к церкви, постоянно тревожно оглядываясь. Шаг за шагом, и в дали дороги уже видно пару куполов. Для Саманты они словно мираж для пустынного путешественника, с таким же упоением и надеждой она мчится туда. Клоуфорд достигает железных ворот. Пролезая через перегородку, бежит к деревянным дверям. Стук за стуком и та открывается, девушка пулей влетает внутрь. Священник выглядит удивлённым.
— Батюшка, прошу, помогите! Мне больше не к кому идти, я не знаю, что делать дальше, мне стра, — тараторит девушка, пока священник не прерывает её.
— Дитя. Дитя, прошу, тише. Успокойся и говори по порядку, иначе я ничего не пойму, — наставляет мужчина, держа её за плечи. Саманта слушает его, делая пару глубоких вдохов и выдохов, но это не помогает ей успокоиться. Мысли опять окутывает чёрная дымка, однако под влиянием стресса она даже не замечает того.
— Вы ведь знаете, что внутри меня есть что-то недоброе, — говорит первое, что приходит в голову, пытаясь начать, — Я убила медсестру в больнице и сбежала. Теперь меня ищут, — вываливает разом.
