— Ты не можешь сделать этого, но можешь совершать поступки, из-за которых не будешь жалеть, — ответил Дунстан. В дверь раздался стук и она открылась. На пороге была медсестра.
— Вот вы где! Время прошло, пошли, — приказала она Саманте, — Батюшка, надеюсь, вы сделали, что нужно?
— Да. Можете не волноваться, — и Саманта стала подниматься, направляясь к выходу. К сожалению, в книгах они так и не нашли нужной информации.
Англия, Гроувер. Психиатрическая клиника.
Как только девушка вернулась в больницу и с неё стянули верхнюю одежду, медсестра повела девушку куда-то мимо её палаты. Тревога нарастала в душе Саманты, и девушка была уверена, что должно случиться что-то нехорошее. Наконец, они дошли до какой-то комнаты и проследовав внутрь за работницей, Саманта увидела помещение чем-то сродни операционной, с таким же столом, яркой лампой. Помимо пары, в комнате уже было несколько медицинских работников, а рядом с столом стоял некий аппарат. Прежде чем Саманта полностью осознала, что здесь происходит, чьи-то руки схватили её, таща к столу. Она начала брыкаться, но их было больше и девушка не смогла выбраться. Её грубо кинули на операционное ложе. Девушка вскрикнула от больного удара столкновения. Сначала зрачки сузились от яркого ослепляющего света висящей сверху лампы, но его быстро перекрыли чужие нависшие фигуры, втолкнувшие в рот Саманты ремешок. Девушка дёрнула рукой, ногой, но конечности не были способны подняться — на них было повязано что-то, что мешало двигаться. Далее она почувствовала нечто холодное на своих висках. Дыхание Саманты участилось, она испытывала настоящий животный страх. Кажется, даже текущая в венах кровь заледенела. Вдруг вместо очертаний врача появилась тень. Та зловеще улыбалась.
«Впусти меня в своё сознание, и я спасу тебя из этого кошмара, — убеждала она. Но девушка лишь яростно замотала головой, зажмуриваясь, — Нет, нельзя! Ради брата, ради Дунстана, Лолы… — противилась девушка. Тень злилась на возражения девушки, — Они уничтожат тебя сейчас» — продолжала она, — Заткнись!», — Саманте нельзя было допускать даже мысли о согласии с тенью, иначе зло вмиг бы завладело ей. Неожиданно девушку пронзил заряд. Её тело забилось в конвульсиях от проходящего тока. По всему телу Саманта ощущала самую настоящую агонию — она чувствовала, как будто абсолютно каждая клеточка её организма охвачена огнём. Ни одно связное предложение больше не могло находиться в её голове — всё, о чём она думала, было одно слово: «Больно». Эти минуты тянулись для девушки вечность, эта боль была худшей, что она претерпевала, её тело навеки запомнит эти страдания. Наконец, разряд тока отключили, девушка рухнула на стол, совершенно обессиленная. Её глаза закрылись и она потеряла сознание.
Англия, Лондон. Замок Дэвнпортов и Клоуфордов.
Что же до Элизабет? После удара она шокировано озарилась на мать, держась за больную щёку.
— Замолкни. Раз тебе неугодна твоя жизнь, ты всем недовольна и всё время пытаешься сбежать, тогда мы запрём тебя в подвале, и ты никогда оттуда не выйдешь, — Джереми на эту идею одобрительно захлопал. Элизабет дёрнулась в испуге. Она не подумала о последствиях своих слов.
— Прекрасно, прекрасно миссис Лилиуокалани и как только у такой женщины выросла такая дочь. Сию секунду же я закрою её там, — Джереми схватил Элизабет за руку. Даниил останавливает его, взяв Элизабет за вторую руку. Она оказывается меж двух мужчин.
— Прекратите. Сейчас вы все на взводе и это слишком поспешное решение. Вы обязательно подберёте наказание завтра утром, а пока что давайте все разойдёмся по комнатам, — сделал довод голос разума среди разгорячённых аристократов. Но они были непреклонны.
— А я с ними согласна, заприте эту юродивую! Я всегда видела, что с ней что-то не так и не хотела, чтобы она была женой моего сына, — пробурчала миссис Беатрис.
— Я тоже согласен. Даниил, ты в этом доме никто, чтобы принимать решения. Альберт, как считаешь ты? — вопросил мистер Уильям. Альберт тяжело вздохнул.
— Я надеялся, что до такого не дойдёт, но другого выхода не имеется. Уведите её, — стальным голосом проговорил он. Элизабет не была удивлена предательством от собственных родителей. Этот проступок оставлял на её душе лишь мерзкое послевкусие после себя, но её самой главной болью было больше никогда не увидеть дочь. Более того, Элизабет знала, что, не родив ребёнка, её дочь рано или поздно сойдёт с ума, потеряв себя. То, что Саманта не будет счастлива, было ещё хуже для Элизабет. Тем не менее, Даниила одёрнули от неё. «Хотя бы он, единственный в этом доме, заботится обо мне» — единственное, что грело Элизабет. Джереми тащит её за собой и, дойдя до подвальной двери, открывает ту и бросает женщину в открытый проём. Она падает, ударяясь о лестничные ступеньки. Дверь закрывается, последнее, что Элизабет видит, это ненавидящий взгляд мужа, после чего всё погружается в непроглядную тьму.
