Этот роман является прямым продолжением ориджинала "Самый короткий путь". Настоятельно рекомендуется читать сперва первую часть, потом вторую.
Глава первая
Бальная зала сверкала тысячью хрустальных люстр на потолках, тысячью драгоценных камней на платьях, перевязях, шеях, тысячью фальшивых улыбок на припудренных и нарумяненных лицах. Воздух переливался десятком трелей, издаваемых невидимыми скрипачами, десятком запахов, источаемых надушенными дамами и подвыпившими господами, десятком голосов, смеявшихся, шептавшихся, ворковавших. Огромное, необозримое пространство залы было до отказа, до последнего дюйма забито этим сверканием, запахом, трелями, смехом, и во всём этом нестерпимо пёстром и ярком месиве не оставалось ни единого глотка чистого воздуха, которым можно было бы свободно наполнить грудь.
Уилл стоял у стены, между вычурным трёхножным канделябром и громоздким старинным доспехом, заложив руки за спину и сцепив пальцы в замок со всех своих физических сил, и задыхался. И канделябр, и доспех были начищены до блеску и сверкали так, что было больно глазам. Уилл вздрагивал всякий раз, когда проносившийся мимо лакей обдавал его волной сотен ароматов, впитавшихся в ливрею. Уилл мысленно твердил себе, что должен быть сильным; он же сам всего этого хотел - ведь хотел?..
А теперь единственным его желанием было побыстрее выбраться из этой галдящей толпы и забраться в прохладную ванну. В Сиане стояло лето, самый разгар наиболее жаркого месяца в году, и хотя все окна были распахнуты настежь, в главной бальной зале королевского - вернее, теперь уже императорского - дворца всё равно было жарко и душно, как в печке.
- Это нестерпимо, просто нестерпимо! - яростно обмахиваясь веером, за которым Уилл, присев на корточки, с лёгкостью мог бы спрятаться, говорила какая-то дама в паре шагов от него. - Шесть дней на дорогу сюда из самого Мартеля - шесть дней, говорю я вам, по такой жаре! - и вот, приехав сюда и, разумеется, немедленно направившись в наши апартаменты, что я вижу? Что они заняты! Заняты - фамильные апартаменты рода Висконе в королевском замке, более двух веков закреплённые за нами, заняты - и кем?! Какими-то ничтожными, безродными Малене - да их фамилия по меньшей мере на четыре поколения младше нашей. А мы, мы, Висконе, обязаны теперь ютиться в северном крыле в каких-то жалких восьми комнатушках - и это в разгар сезона.! Уму непостижимо, уму непостижимо!
- Что поделаешь, дражайшая сира, что поделаешь, - скорбно ответствовал на эту тираду сухопарый мужчина, стоящий рядом с дамой и сочувственно кивавший на протяжении всей её гневной речи. - Не вы одни оказались в столь прискорбном положении. Малене - из свиты графа Риверте, а ему, как вы знаете, отведено всё южное крыло.
- Всё южное крыло! - фыркнула сира Висконе, возмущённо взмахнув своим веером, словно разгневанный рыцарь - родовым щитом. - А почему бы сразу не весь дворец? Почему бы, я вас спрашиваю, не всю Сиану? Висконе сосланы на задворки, а в их апартаментах вальяжно расположились конюхи Риверте, поденщики Риверте, собаки Риверте и любовники Риверте! Уму непостижи...
- Ш-ш, - предупреждающе зашипел вдруг сухопарый господин и выразительно указал подбородком на тесное пространство между канделябром и доспехом, где неподвижно стоял Уилл.
Сира Висконе развернула увенчанную диадемой голову, метнула на Уилла холодный взгляд - и тут же отвернулась снова, поджав губы. Уилл не шелохнулся и даже не вздрогнул. Он находился в этом зале меньше часа, но уже начинал привыкать.
Тем не менее, стоять в углу в такой близости от сиры Висконе - которая поглядела на него так, словно и эти два фута между доспехом и канделябром были закреплены за её родом испокон веков, а Уилл дерзнул на них посягнуть - стало ещё неуютнее, чем прежде. Уилл осторожно, не расцепляя заведённых за спину рук, шагнул из ниши - и облегчённо вздохнул, когда канделябры, доспех и сира Висконе остались позади. Ещё шаг - и его поглотило людское море: дамы, господа, дети, лакеи, собаки, ручные хорьки и ещё какая-то многочисленная живность топталась, толкалась и двигалась по нескончаемому пространству залы, суетясь, галдя и совершенно непостижимым образом умудряясь не задевать друг друга локтями и не отдавливать друг другу ноги. Уилл догадался, что эта наука - ловко лавировать в таком количестве людей, никого не задевая - нарабатывается многолетней практикой пребывания при королевском дворе, однако, за неимением такой практики, он этим искусством не владел и немедленно наступил на чью-то кошку. Кошка пронзительно заверещала, вслед за ней ещё пронзительней заверещала её хозяйка, а вслед за хозяйкой - её супруг, ринувшийся в толпу в поисках негодяя, чтобы немедленно вызвать его на дуэль. Уиллу пришлось спасаться бегством - то есть сделать пять шагов влево, где его тут же снова сжали со всех сторон, оградив и от супруга верещавшей дамы, и от всего остального мира.
