– Эээээ, Уль, как я понимаю, спрашивать о том, что случилось, смысла нет? – осторожно уточнил Вадим, оценивший загадочную гамму выражений, сменявших друг друга на лице его жены.
– Смысл есть, только объяснить не могу. Могу только повизжать в адрес Маринкиных родичей и помечтать про Ивана.
– Че-го? – ошалел Вадим.
– Ну, чего-чего? Чтобы он в Маринку влюбился! А она в него! Эээ, а ты что подумал?
– Уль, честное слово, лучше Спонжика погладь! Котики – лучшее средство, чтобы мужей с ума не сводить! – Вадим вручил Уле кота, и сам погладил Лизу – для превентивного самоуспокоения, так сказать.
Марина новое задание руководства выполнила на счёт раз!
– Плёвое дело! Тут даже не руки грели, а попросту жабу распустили – задавила она руководство этой конторы на то, чтобы нанять нормального главбуха, а не фефочку с двухмесячными курсами и копеечной зарплатой. Наняли фефочку. Разумеется, в результате потеряли несоизмеримо больше! А девица-то эта фефочная прямо-таки замечательная! Её можно в бухгалтерию врагов забрасывать – для скоростного разорения оных. Прям транспарант хочется написать: «Люди, не скупитесь на бухгалтеров, юристов, кадровиков и инженеров, вот и будет вам щщщщастье!» – бормотала она, дописывая отчёт по проведенной работе, и одновременно отгоняя от себя руководство обезденежной фирмы, которое умоляло её перейти к ним на работу.
– Неа, ищите опытного зубастого главбуха, она вам и порядок наведёт, и много ещё чего полезного сделает! Только потом не вздумайте её увольнять, как только решите, что самое сложное уже сделано и уже можно обратно платить по три копейки! Новая трёхкопеечная бухгалтер ещё круче что-нибудь натворит.
Отослала отчёт руководству, потирая руки, добила несчастное начальство своей отличной памятью, снова напомнив про отгулы-отпуск-премию, выслушала стенания-вздохи и хитровыстроенные фразы о том, что можно же войти в положение и ещё немноооожечко поработать.
– Войти можно, выйти нельзя! – оповестила Марина начальство. – Я уже дошла до края и могу только уволиться. Хотите?
– Не-не… ты и правда, переработала. Иди, отдыхай! – с тяжким вздохом напутствовало её руководство, нервно промакнув лоб рукавом и напомнив себе, что Хантерова больше с Мариной лучше не сталкивать – он плохо на их ведущую боевую единицу влияет.
– Такой странный тип, и кого-то он мне постоянно напоминает… Такого неожиданного и не совсем человеческого!
Марина шла по набережной, ела эскимо и удивительным образом ощущала совершенно детское счастье – каникулярно-предотпускное!
– Даже грядущее родственное мероприятие это настроение не портит! – удивилась Марина. – Так, сегодня встречаю папу, и едем мы на дачу. А завтра к нам присоединяется Иван и помогает мне работать количеством родственников.
Асе она позвонила ещё день назад.
– Не говори мне, что ты не приедешь! – сходу завелась младшая сестрица.
– И тебе привет! – радушно поздоровалась Марина. – Не скажу.
– Так ты приедешь? Наконец-то!
– Я хотела у тебя спросить. Я могу не одна приехать?
– А! С этой, с Ульяной своей? Да запросто! Сама знаешь, дом большой. Только привези на неё продукты! Ну, там нарезки и овощи-фрукты, тортик… Ой, не могу больше говорить, Никита звонит!
– Ну, всё к лучшему! – прокомментировала Марина столь спешное окончание разговора. – Сюрпризы – они и в Африке сюрпризы!
Она отправилась сначала закупаться продуктами, потом – забирать Карри, а потом на вокзал – встречать отца.
– Папочка, познакомься, это Карри! – торжествующая Марина вручила отцу крошечную псинку, слегка затерявшуюся в его ладонях, и с умилением любовалась, как её папа опасливо почёсывает пальцем за лохматым ухом.
– Какая… игрушечная прямо! На фото казалась побольше! Хорошо, хоть Тёмочка у нас нормального собачьего размера, – высоченный и широкоплечий! – Маринин отец выдохнул с облегчением, вернув псинку Марине и дополнив собакооценку фразой:
– Фуфик и то побольше, а эту прямо сломать страшно.
– Фуфик взрослый, а Карри – малышка. Подросточек ещё. И не бойся, она очень даже ловкая.
– Уже хорошо! – одобрил отец. – Ты мне лучше про парня расскажи, который собирается изображать, что он мой будущий зять.
– Да что про него рассказывать? Ты о нём уже слышал – он помогал Тёму везти, ну, и потом мы с ним несколько раз встречались. Мы дружим.
– Аааа, это хорошо! – глубокомысленно заметил Маринин отец. – Дружить очень полезно! Вот мы с твоей мамой как раз с этого и начали.
Он вовремя остановился, старательно разглядывая в окно окрестности, и не замечая нежной улыбки дочери. Нет-нет, улыбка была вовсе не от мысли про Ивана.
– Пап, ты знаешь, как я тебя и маму люблю? – Марина погладила отца по руке. – Я такая счастливая, что вы у меня есть!
Отец тут же растроганно засопел, примерно, как медведь, и изумился, внезапно обнаружив у себя в руках лохматую собачонку, сильно напоминавшую миниатюрную детскую игрушку.
– И как ты у меня на плече-то оказалась, а потом как мартышка в руки спрыгнула? Вот чудачка какая!
Марина умилялась, наблюдая за отцом и Карри, а сама размышляла:
