– Именно, юнга! – развеселился Арчи. – Между прочим, за посадку, обслуживание и первые сутки стоянки платим двадцать пять рублей, как с куста. Это мы им, а не они нам одолжение делаем. И за свои же деньги приходится ждать этого дурака. Вот я на нем ГПМ-1 испытаю, будет борзеть. А если не проникнется, то всей смене дам, гм, просраться. Через коллектив до совести достучусь, вот увидите.
Я хрюкнул от смеха и принялся высматривать наконец-то поданный нам сигнал посадки. Дежурный увалень поднял у свободного пятачка на флагштоке матерчатую колбасу ветроуказателя и зажег зеленую дымовую шашку. Я потихонечку прибавил оборотов и дирижабль начал выплывать на взлетное поле.
– Смотри, Антоша, – дернул я парня. – Ветер небольшой, дымный след видишь? И почти точно на нас идет. Колбаса мало информации дает, обвисла. Гудани ему разок на одно деление, пусть дымовуху свою убирает.
Антоша осторожно потянул и тут же отпустил рычаг ревуна, и на земле засуетились, засовывая шашку в дежурную бочку с водой.
– Садиться будем с пробегом, – предупредил я Арчи. – На пятачок. Будь готов.
– Всегда готов, – без шуток отозвался тот, двигая руками рычаги переключения насосов перекачки балластной жидкости и потихоньку ровняя нас по горизонту.
Я потихоньку подводил "Ласточку" к посадочной площадке, сбрасывая высоту и контролируя скорость. В отличие от "Касатки", она вела себя послушно и не была такой дубовой, чутко реагируя на мои усилия. Антоша возбужденно сопел рядом, вцепившись в поручни и приплясывая от восторга.
– Ноги согни, – приказал ему Арчи. – Да не так, присядь чутка. Сегодня тихо, но в следующий раз, если ветер сильный будет, при посадке лучше в каюте на койке сиди. Можем удариться, тогда мало не покажется.
– Моторный отсек! – прокричал я в переговорную трубу. – Приготовиться к посадке!
– Вот сейчас Далин в свое кресло садится и пристегивается, – объяснял Антоше маг. – Он же там не видит нихрена, а мы его предупреждаем.
– …отов! – донесся из трубы рык гнома, и я начал подводить "Ласточку" к посадочному знаку.
Не спеша сбросил скорость почти до пешеходной и, крутя верньер малого изменения усилий силового щита, начал притираться.
– Видишь, он набалдашник на рукоятке крутит? – тем временем выделывался Арчи перед Антошей, не отводя напряженного взгляда от приборной панели. – Рукоятка эта нашу, как бы это сказать, надутость корректирует, что ли, но грубо и сильно. А набалдашничек на ней этот покрутишь, и по чуть-чуть плавучесть меняется.
– Понял, – тут же отозвался Антоша, изо всех сил вытягивая шею, чтобы рассмотреть рычаги.
– Заткнитеся, – грубовато посоветовал я им. – Оба.
Арчи понимающе кивнул, не отрываясь от работы, а что там за пантомиму изобразил Антоша, я рассматривать не стал. Мы уже были почти точно над посадочным знаком, метрах в трех высоты, "Ласточку" не колбасило, ветер позволял садиться почти без пробега, и я, косясь одним глазом в лобовое стекло, а другим на динамометр, начал посадку. Арчи вцепился в рычаг сброса аварийного балласта, готовый по моей команде тут же его скинуть в случае чего, а я убрал плавучесть до нуля. Шасси дирижабля мягко коснулись земли, усилий двигателей хватало, чтобы держать машину на месте, и цифры на динамометре потихоньку поползли вверх. Дождавшись, пока на циферблате не появится полторы тонны, как раз половина аварийного балласта, я облегченно приказал Арчи: – Посадка штатно. Руки убери.
– Есть посадка, руки убрал, – тут же весело отозвался маг. – Готов к укладке каркаса, мой капитан!
– К укладке каркаса приступить, – немедленно приказал я, косясь на динамометр. Там уже было три тонны, и можно было начинать сворачиваться. Обычно мы это успевали проделать в какие-то секунды сразу после касания, не тратя времени на переговоры, но сегодня условия были близки к идеальным, и можно было показать Антоше, что к чему.
Арчи начал убирать силовой щит, одновременно усиливая второе заклинание, управляющее укладкой каркаса. По всем тросам были вплетены отдельные магические жилки, которые были зачарованы на скрутку в несколько положений. В считанные минуты тросы свернулись в воронье гнездо, и "Ласточка" крепко утвердилась на земле. Я выключил двигатели вентиляторов и подал напряжение на ведущие колеса, направляясь за уже успевшим довольно далеко уехать аэродромным придурком на мотоциклете. Мы ехали медленно, не более двадцати километров в час, и вскоре потеряли его из вида.
– По регламенту, – подал голос Антоша, – он нас вести должен, чтобы стоянку показать.
– А мы не гордые, – злобновато ответил ему маг. – Вот я сейчас сам в караулку зайду, поинтересуюсь в чем причина, не погнушаюся.
– Арчи, – попросил его я, – не надо. Я сам схожу или вот пусть Далин сходит, у нас без членовредительства получится.
– Надо, Тёма, надо, – повернулся ко мне Арчи и начал объяснять уже больше для Антоши. – Мы ведь местные, в Новониколаевске больше семи лет просидели, вон ангар наш бывший, десятый номер, видишь?
