Эта технология могла бы в принципе покончить с москитным флотом (а заодно и со скорострельными орудиями, которые обычно применялись для борьбы с ним), не будь Аккорд единственным, кто способен был её разрабатывать. Размещение подвесных турболазеров и программирование компьютеров наведения должно быть уникальным для каждой модели корабля, чтобы огневой барьер обрёл по-настоящему смертоносную эффективность и при этом не жрал чересчур много энергии. Это Объекту хорошо, с его бездонными энергозапасами. При этом на корабле должно быть достаточно много (не меньше сотни) турболазерных батарей, иначе достаточно плотного огня не выйдет. Опять же Объект тут в уникальном положении, хотя Лира Уэссекс вроде бы грозилась разработать нечто с достаточной огневой мощью…
Стоп! Какой ещё к чёрту Аккорд⁈ Это же просто сон, спровоцированный слишком назойливыми мечтами Таркина о Новом Порядке, разве нет⁈
Гранд-мофф оглядел рубку «Исполнительницы», и понял, что параноидальное восприятие суперзлодея, избавление от которого доставило ему столько удовольствия этим утром, вернулось в полном объёме. Мозг немедленно начал подсказывать способы, как более эффективно расставить офицеров и приборы, кого из подчинённых стоит повысить, а кого казнить, чтобы увеличить эффективность работы команды, а также как перекрасить униформу, чтобы она смотрелась более гармонично…
«Одно из двух… либо Земля Бет реально существовала и я действительно Аккорд в теле Таркина… Либо я окончательно схожу с ума и начинаю грезить наяву».
Проверить это можно было только практикой. Если планы, которые приходят ему в голову, окажутся рабочими — значит, шард существует в реальности, а с ним и паралюди, и их мир. Если же они окажутся псевдоглубокомысленной чепухой… ну, значит пора вызывать для себя санитаров и брать отдых на пару месяцев, если не лет. Кренник, конечно, будет счастлив, но делать ему такой подарок очень не хотелось.
Проблема была в самой природе силы Аккорда. Её нельзя было испытать на какой-нибудь мишени из пластали, или даже на невезучем заключённом из тюремного блока. Она эффективно работала только с большими, сложными системами. Систем таких в подчинении у Уилхуффа Таркина, конечно, хватало. Но на роль подопытных гизок они все не очень годились. Император вряд ли поймёт, если он начнёт перестраивать планетарную экономику или инфраструктуру Объекта ради проверки своего психического здоровья. Столь дорогую психотерапию он позволял только своим любимчикам — разнообразным последователям Тёмной Стороны, среди которых встречались как реально одарённые, так и банальные шарлатаны. Видимо потому, что понятия «тёмный» и «сумасшедший» достаточно близки. Но ото всех остальных, не владеющих Силой и не претендующих на это, Палпатин требовал вменяемости — или хотя бы умения держать свои глюки при себе, давая им волю только в нерабочее время.
«В конце концов, только вменяемому человеку можно что-нибудь вменить — а это обязательный элемент императорской политики».
В довершение ко всему, тестовая система должна иметь небольшое время отклика. Чтобы успех или провал был ясен сразу, а не через пару месяцев.
С другой стороны… ни одному из подчинённых Палпатина не запрещено торговать и улучшать своё состояние. Император будет только рад, если его преданные слуги обогатятся — они станут влиятельнее, а через них и он сам. И если разорятся — тоже рад, как ни странно. Они ведь станут более зависимы от его воли.
При этом никакой Числовик не следит за местной экономикой на предмет поиска Умников. Возможно, у Императора есть ручные джедаи, которые отслеживают воздействия на биржу при помощи Силы — но все знают, что Таркин в Силе туп, как пробка, уж за этим Вейдер проследил давно.
Таркин сел за терминал Голонета и стал изучать банковские сводки. Когда картина взаимодействия тысяч экономических векторов сложилась в его мозгу, он отправил несколько писем доверенным агентам. Ему понадобилось почти всё состояние клана Таркинов и некоторая инсайдерская информация от Райта Сиенара, чтобы запустить желаемый процесс. Но разорения он не боялся — Уилхуфф давно уже жил не на семейные деньги. Человек, который собирает налоги со сверхсектора, бедным не будет никогда. Впрочем, он бы прожил и на одно только губернаторское жалование, будучи весьма неприхотливым в быту.
Он почти надеялся, что ничего не получится, когда меддроид вкалывал ему дозу снотворного. Но вечером в новостях Голонета сообщили о панике в Интергалактической системе обмена валют и о близости Интергалактического Банковского Клана к разорению. А семья Таркинов стала богаче в 89 раз.
Шард существовал. И работал.
