В дальнем углу церкви мистер Стикли, не стесняясь, вытирал глаза. Мисс Блейк вышла из тени собственной стеснительности и изменила свою жизнь. Стикли ничуть не беспокоился, что лорд Иденкорт обойдется с ней дурно и растранжирит ее деньги. Любой идиот может заметить, что этот человек влюблен по уши. А она – она просто светилась любовью!
Ее сияющее счастье наполнило Стикли вдохновением. Достаточно с него скучной жизни взаперти. Хватит заниматься подсчетами, сведением баланса и другой ерундой. Через несколько часов он передаст наследнице состояние Пикеринга и будет свободен!
Как же он собирался поступить с этой свободой? Он найдет себе полезную, полную смысла работу, и, кто знает, возможно, когда-нибудь он обретет человека, которого сможет любить!
Но прежде всего надо будет избавиться от Вулфа.
– Боже, меня тошнит от всего этого!
При звуках этого резкого, полного сарказма голоса Стикли сначала замер, а потом медленно повернулся налево. Словно дух, вызванный одной только силой мысли, Вулф грубо пробирался по проходу, безжалостно наступая сидящим на ноги. И направлялся прямиком к Стикли.
Стикли расстроено покачал головой.
– Боже мой, – прошипел он, – у вас что, кроме меня, нет других знакомых?
– Подвинься, Стик, – прорычал Вулф. – Черт подери все на свете, мне надо сесть. – И он втиснулся в узкую щель рядом со Стикли. Некоторые из соседей по скамье протестующе зашептали. – И вы тоже подвиньтесь, – презрительно бросил Вулф. – Я человек раненый.
Стикли отодвинулся как можно дальше от партнера, потому что даже он чувствовал, что от Вулфа пахнет совсем не духами.
– Где вы провели ночь? В хлеву?
– Стик, я тебя ненавижу. Всегда ненавидел. Заткнись и любуйся, как этот грязный герцог берет себе в жены эту лошадь. Гнусный ублюдок голубых кровей!
Вулф никогда не был весельчаком, но такое было слишком даже для него. Стикли решил, что еще час он может потерпеть этого мерзавца и больше никогда в жизни не будет иметь с ним никакого дела.
К несчастью, Вулф продолжал бормотать грубости. Наконец Стикли к нему повернулся:
– Вулф, заткни глотку.
У Вулфа, который шпынял Стили уже больше сорока лет, отвалилась челюсть, и он недоуменно уставился на партнера. Потом его злые глаза стали наполняться бешенством.
– Да ты…
Но тут по толпе пробежал шепот, и Вулф отвлекся. Расталкивая соседей, он встал, чтобы лучше разглядеть, какие события расшевелили публику, которая еще недавно сидела в оцепенелом молчании.
Стикли, следивший за его лицом, увидел, как презрительная мина на нем сменилась злобным предвкушением.
– А вот это, – уверенно заявил Вулф, – будет интересно.
Софи казалось, что сердце сейчас выпрыгнет у нее из груди.
– Я, Софи Блейк, беру этого мужчину…
«О да, пожалуйста, позвольте мне получить его! Позвольте сохранить навсегда. Если он станет моим, я никогда в жизни больше не буду лгать».
По рядам пробежал шорох. Софи не обратила на него внимания, потому что смотрела только в зеленые глаза Грэма. Если рай существует, то Софи думала, что уже знает, как он выглядит.
Потом Грэм оторвал от нее взгляд, раздраженно обернулся к двери и нахмурился.
– Тесса?
Софи моргнула, вынырнула из счастливого транса и тоже повернула голову. Из открытой двери струился дневной свет. Софи прищурилась и увидела, что одна из фигур на пороге – действительно Тесса. А вот вторая…
«О нет, Господи, нет!»
Хромая и опираясь на трость, в двери церкви входила не кто иная, как миссис Блейк. Старая леди впервые на памяти Софи подняла с постели свое отяжелевшее тело и теперь, обмотанная всевозможными шалями и наряженная в устаревшие шелка и кружева, явилась в сопровождении заботливой Тессы сюда.
Священник почувствовал, что ни мужчина, ни его почти жена не обращают внимания на святые слова брачных обетов.
Он со стуком захлопнул Библию и посмотрел на дверь.
– Почему нас прервали? – Его резкий голос перекрыл поднявшийся шум.
Миссис Блейк остановилась посередине длинного прохода. У Софи заледенело сердце, мысли замерли. Она схватила Грэма за руку и прошептала:
– Любовь моя, прости меня.
Грэм спокойно удержал ее руку.
– Я хочу знать, что происходит? Кто эта женщина, Тесса?
Сквозь туман в голове Софи раздумывала, не упасть ли в стратегический обморок. Для этого не потребуется практически никакого притворства, ей казалось, что она почти перестала существовать, только сердце продолжало колотиться о ребра. Теперь все стало ясно. Толпа зрителей, точный расчет по времени – все спланировано Тессой, чтобы получить максимальный эффект.
А теперь слишком поздно.
– Я миссис Блейк, последняя из живущих внучек сэра Хеймиша Пикеринга. – Миссис Блейк всем своим весом оперлась о Тессу и ткнула тростью в Софи. – А эта женщина – не моя дочь!
Всего минуту назад Грэм был абсолютно счастлив. Он никогда не испытывал большей гордости, чем в этот день. Такой человек, как он, и вдруг умудрился заполучить такую женщину! Здесь не обошлось без волшебства.
