– Гирем пропал, мы шли с ним рядом, почти за руки, а сейчас нету его.
– Орма тоже нет.
– А ну замолчали! – остановил этот гул Ростр. Провёл глазами по всем, мысленно пересчитал команду, загибая пальцы. – Твари, одна треть моих ребят пропала.
Зашелестели листья, тонкие прутья плюща поползли от самого верха вниз, сплетаясь между собой, образуя плотную стену. На шелест не обратили внимания, сославшись на ветер, а когда заметили быстро приближающуюся стену, то было поздно.
– Сверху! Бежим, – протянул Аскар.
Строй разделился, не успев в панике решить, в какую сторону убегать. Кто-то и вовсе не решил, так и остался стоять на месте, пока опускающийся плющ не накрыл их.
– Намедия, не-е-ет!
– Я в порядке, – откликнулся тихий голос из-за стены, спустя несколько секунд. – Найдите выход, мы справимся.
Аскар стиснул зубы, у него не было другого выхода, только продолжить движение по бесконечно меняющемуся лабиринту. Группу разделило на несколько небольших отрядов. В лабиринте не было монстров, опасных ловушек, лишь страх остаться в нём навечно. Останавливаться было нельзя, передышки делать тоже, потому что плющ поглощал всех тех, кто решился на небольшой отдых. Энтузиазм и былое рвение перед началом похода постепенно сошли на нет. Разумные члены отряда стали задаваться вопросами «Зачем. Зачем я подписался на это самоубийство? Деньги? Нужны ли мне эти деньги, стоят они того? Хочу я покидать навсегда эти края?» С каждым новым поворотом, с каждой развилкой от отрядов отделялись по несколько человек – это была участь, уготовленная Болваром с целью своей защиты, для всех участников похода. Спустя часы блужданий Аскар остался один. По одному так же бродили Ростр, Намедия, другие герои и НПС.
В лабиринте поднялся туман – густой и непроглядный. Он плотной пеленой застелил каждый проход. На ветках вьющегося плюща появились бутоны, распустились пятилистными цветками, пустили пыльцу. От неё исходил запах черёмухи и сирени. В ход вступила вторая часть плана. Аскар ступал осторожно, лишь бы только не останавливаться, он хотел найти нужную тропу, правильный поворот. Троп было не счесть, ноги постепенно уставали, а когда сил двигаться совсем не было, когда туман наполнял лёгкие тяжестью и душил, то на его пути осталась единственная дорога.
В один момент он вышел в маленький круглый сад. Посередине стояла белоснежная скамейка из сплетённых между собой толстых лиан, на ней он увидел Намедию, она сидела в лёгком платье, запрокинув голову кверху. Он остановился, позвал её, затем ещё раз. Сделал неспешный шаг. Намедия повернулась, посмотрела на возлюбленного, показала лёгкую улыбку на лице. Резкий поворот головы, Намедия встаёт, набирает скорость в сторону стены, влетает в неё со всей силы. Аскар закричал, сделал рывок, вытянув руку вперёд, споткнулся, перекатился и упал лицом в землю. Когда он поднял глаза, никого не было. Он ударил руками в землю и закричал.
За стеной, в других частях громадного лабиринта, в других похожих садах возникали видения. Гномы сходили с ума, терзаемые этими видениями. НПС видели семьи, любящих детей и жён, им казалось это настоящим, что эмоции, которые они получали не поддельные. Они забывали двигаться, а движение было главным условием победы над лабиринтом.
Тучи расступились, предоставляя восходящему месяцу возможность показаться на небосводе, он осветил верхушку лабиринта. Голубое свечение могло означать лишь одно – прошёл целый день блужданий по мрачным коридорам. Видения прекратились, рассеялся туман, выжившие смогли вновь найти тропу, на этот раз верную, ведущую на выход. Аскар побежал по тропе, притормозил у арки из лиан. Сделав аккуратный шаг, он проверил, не появятся ли шипы, не закроется проход, и когда убедился в безопасности, то выбежал наружу.
Попал Аскар на громадную площадь, похожую на арену, окружённую по кругу стеной из того же плюща. Размеры стены были колоссальны, она тянулась далеко ввысь, сливаясь с ночным небом, а арена по площади была сравнима, разве что с площадью всех столиц измерения вместе взятых. Аскар бросил взгляд в сторону, где из похожих проходов выходили другие члены отряда, он увидел Намедию и сразу же побежал к ней. Из лабиринта вышли всего сорок человек из почти двух сотен вошедших. Они стояли полукругом с уставшими, обезумевшими, перепуганными видами, смотрели друг на друга, ждали, что кто-то ещё придёт.
