— Извини, мама, как раньше не будет, — ответил я, покачав головой. — Я вырос и дальше только сам буду решать, что и как мне делать. Да и деньги эти мне теперь не нужны. Раньше я правда хотел смириться с тем, что у меня пока не получится заниматься тем, чего я действительно хочу. Но теперь, посидев в этой комнате, я изменил свое мнение. Через несколько дней, как немного приду в себя, я уеду на все лето, и мне неважно, смогу я подготовиться к этому или уйду без ничего.
Мама что-то хотела сказать, но я не позволил. Выставив перед собой руку, будто пытаясь закрыть ей рот, я продолжил говорить.
— Не спрашивай, куда я собрался и зачем, все равно правды не скажу, а врать не хочу. Единственное, что могу пообещать, что хуже от этой поездки никому не будет. Больше тут говорить не о чем. Только вот что ещё раз скажу: постарайся понять, что сын у тебя вырос. Тебе самой же станет проще.
Прозвучит, наверное, странно, но, похоже, я всё-таки достучался до разума мамы, или, может, она сама осознала, что по своей дури может потерять сына, который если не сбежит, то с голода сдохнет. Потому что в дальнейшем никаких препятствий в моих делах и поступках мама не чинила в принципе.
Кстати, чуть позже она подтвердила, что стала ограничивать меня в моих начинаниях по совету графа. Он её настропалил, что моя активность до добра не доведет, слишком уж я, по его мнению, много на себя беру.
Что же, учту и при случае напомню ему об этой устроенной им подляне. Ведь «добрые» дела не должны оставаться безнаказанными, я это точно знаю.
В тот же день, сразу после окончания этого своеобразного ареста я перебрался в имение и включился в работу. Собственно, дел по подготовке к отъезду, оказалось не то чтобы много. Если бы я не отказался от денег, их можно было бы закончить очень быстро, просто докупив недостающее. А так пришлось немного подождать. Там нам и надо то было, что получить запасную сбрую и подождать, пока будет готова очередная партия рыбы холодного копчения. Все остальное у нас собрано.
Как я ни рвался побыстрее отправиться в путь, а планы мне поневоле пришлось менять. На следующий день в имение примчалась мама с сестренками и после разговора с ней — помимо того, что мы окончательно помирились, — я осознал, что из-за всех этих передряг чуть не наделал глупостей. Дело в том, что я умудрился забыть обо всем на свете или, может, на уровне подсознания забил на наше хозяйство. Короче, только чудом не нагадил сам себе. Дело в том, что лошадей у нас немного, и, если бы я сейчас уехал, забрав с собой практически всех, посевную проводить было бы нечем или некем. Я, считай, решил оставить хозяйство без достаточной для посевной тягловой силы.
Пришлось мне в экстренном порядке ехать по соседям и покупать лошадей. Когда я спросил маму «а как же ресторан?», она только отмахнулась и сказала, что в этом году все равно ничего бы не получилось, мало пока у нас на это денег. А раз так, я решил больше не маяться дурью и, засунув свою гордость куда подальше, начал использовать наши средства по полной программе. Помимо лошадей я купил ещё и кое-какие необходимые в дороге вещи и припасы. Ничего такого дорогостоящего я, конечно, не приобретал, но с покупками по мелочам набежала приличная сумма.
Из-за ограниченного запаса боеприпасов к новым винтовкам и револьверам пришлось брать с собой в дорогу дульнозарядное оружие и, помимо пороха и свинца, докупать несколько стволов. Еще я приобрел небольшую сеть, чтобы можно было при случае наловить рыбы, и приличное количество вяленого мяса.
Так-то была надежда, что мы будем охотиться по дороге, но совсем уж надеяться на это нельзя. Тем более, что хотя бы по дороге на Урал мы точно будем спешить. Это ведь не на самолёте долететь за пару часов, сейчас на дорогу надо тратить месяцы. А во времени я ограничен и, даже ещё не выехав, я уже точно знаю, что к началу занятий мне не успеть. Нет, стараться, конечно, буду, но вряд ли получится.
На решение всех вопросов у меня ушло пять дней. То есть четыре, но на пятый день зарядил дождь, и я отложил старт, рассудив, что уж один день точно большой роли не сыграет. А когда мы наконец собрались выдвигаться в путь, мама чуть не силой всё-таки сунула мне в руки тысячу рублей ассигнациями. Хороший она всё-таки человек, когда не слушает всяких «доброжелателей».
Уже первые два дня в дороге показали, что я далеко не все продумал и на самом деле подготовился недостаточно. В какой-то момент я даже пожалел, что решил двигаться на своём транспорте, а не воспользовался ямщиками. Конечно, это стоило бы больших денег, да и маршрут получился бы гораздо длиннее, потому что пришлось бы ехать через Москву, но зато так бы намного быстрее. С другой стороны, двигаясь самостоятельно, мы ни от кого не зависим, и мне не надо переживать, будут ли на каждой следующей станции свежие лошади.
