– Витенька, пусти, не надо! – Закричала я, чувствуя, как трещит ткань блузки, и прохладный ветерок заскользил по обнажённому животу.
– Да заткнись ты, не ори. Лучше ноги раздвинь. – Прохрипел он и, задрав юбку, попытался раздвинуть мне ноги руками.
Это ему не удалось, и тогда он, приподнявшись, надавил коленом. Жуткая боль обожгла меня, и я невольно поддалась.
– Витька! Мне больно! – Всхлипнула я, но он продолжал, разрывая трусики.
– Ты что думаешь? – Прохрипел он. – Я не добьюсь своего?!
– Витенька! Пожалуйста, не надо! – Умоляла я, в безумной надежде освободиться.
– Нет уж! – Продолжал хрипеть он. – Я хочу!.. – Он не договорил, так как я укусила его за щёку. – Ах так?! – Взревел он, разрывая неподатливую резинку и срывая остатки моих несчастных трусиков.
Страшная боль придала мне силы. Я ещё раз рванулась и закричала. Он вцепился в мои губы своими жёсткими губами, прикусив для верности зубами. Из последних сил, я извернулась, пнула его коленом между ног. Он охнул и на миг выпустил меня. Я тут же выскользнула из-под него и бросилась бежать, стягивая на груди края разорванной блузки.
– Ах ты, сука! – Взревел он.
От этого вопля у меня подкосились ноги. Я вдруг поняла, что убежать мне не удастся. Слёзы обиды, унижения застили глаза. Впереди блестело озеро. Выбора не было. Но он всё равно успел раньше.
– Помогите!!! – Закричала я.
Холёная рука заткнула мне рот, другая вцепилась в блузку, которая тут же сорвалась с моих плеч.
– Чёрт… – Грязно ругнулся он, отбрасывая ткань. – Стой, шлюха!
Схватившись за бюстгальтер, рванул на себя. Бретельки больно впились в тело, падая на колени, я последний раз вскрикнула и тут увидела его! Ещё минуту назад там никого не было, но в то мгновение мне было не до подробностей. Он стоял опершись на перилла моста, улыбаясь глядел на тёмную воду. Потом обернулся к нам и спокойно сказал:
– Оставь девушку, животное.
– Чего? – Витька никак не ожидал, что в такое время, в таком месте может кто-то оказаться, да ещё и перечить ему.
Он отпустил лопнувший лифчик, схватил меня за волосы и накрутил на руку. Потом полез себе за пазуху и вытащил финку. Ужас сковал меня. Он усугублялся ещё и тем, что я никак не ожидала от своего любимого такой подлости, коварства, жестокости. Как загипнотизированный удавом кролик, мой взгляд следовал за ножом.
– Ну, дядя, вали отсель или я сейчас из неё сделаю бифштекс. – Жутко усмехнулся он.
– У тебя плохо со слухом? – Поинтересовался незнакомец.
– У меня очень хорошо со слухом, а вот у тебя видно плохо с фантазией. – Ответил Витька, и холодное лезвие коснулось моего лица.
– Оставь девушку в покое и никогда больше не подходи к ней ближе, чем на километр. В противном случае тебе всю оставшуюся жизнь придётся об этом сожалеть. – Как-то уж очень буднично посоветовал странный мужик.
– Что ты говоришь? – Заржал Витька, оттягивая мою голову назад и открывая горло. – Кажется, Вы шутить изволили?!
– М-да. Забыл. Опять забыл. Животные не понимают человеческий язык. – Задумчиво произнёс он и сделал шаг, всего один единственный и совершенно незаметный.
От незнакомца до нас было метров 5, а то и 6, не мог он успеть, но успел, и не только. Оказавшись рядом, он спокойно протянул руку, властно взял Витьку за предплечье. Я буквально услыхала хруст ломающихся костей. Нож выпал из безвольной кисти и звякнул об асфальт аллейки. Мой несостоявшийся насильник осел прямо в лужу, откуда-то оказавшуюся у его ног. Мужчина поднял меня на ноги, подобрал разорванную блузку, некоторое время смотрел на неё, потом снял свой пиджак и накинул мне на плечи.
– Погодите, да у Вас же все колени сбиты. – Сказал он, присаживаясь. – Не пугайтесь, и не бойтесь. Я не собираюсь причинить вам боль.
Лёгкое касание к кровоточащей ранке принесло, как это ни странно, облегчение и тепло. У сидящего на земле Витьки, глаза на лоб полезли. Тогда я на это не обратила внимания, да и не до того мне было. Присев, я хотела, было, поднять финку, но мужчина опередил, наступив на рукоять. Немного помедлил и пнул её в сторону озера. Сталь прозвенела по асфальту и булькнула в воду.
– Вот так будет лучше. – Сказал он, помогая мне подняться.
– Не ходи с ним. – Прохрипел Витька, прижимая покалеченную руку к груди. – Ты сильно пожалеешь об этом.
Незнакомец лишь мельком глянул на сидящего в луже, легонько приобнял меня за талию и повёл через мост к выходу из парка.
Весь ужас происшедшего дошёл до моего сознания лишь в машине. Такси появилось как из-под земли. Стоило нам лишь выйти из-за деревьев, как зелёный огонёк зазывно мигнул у края тротуара. Уже сидя в салоне, меня начала бить крупная дрожь, зубы стучали, слёзы лились ручьём. Незнакомец молчал, лишь успокоительно поглаживал меня по руке. Сколько продолжалась истерика сказать не могу. Только закончилась она как-то сразу.
– Может ей валерьянки дать? – Спросил таксист, и я тут же прекратила рыдать.
– Нет, спасибо. – Всхлипывая, отказалась я. – Мне уже легче.
