Нет даже такого количества чувства… восприятия… формаций… сознания, которое было бы постоянным, устойчивым, вечным, не подверженным изменениям и пребывало бы таким вечно. Если бы было хотя бы вот столько количества сознания, которое было бы постоянным, устойчивым, вечным, не подверженным изменениям и пребывало бы таким вечно, то жития святой жизни ради полного уничтожения страданий нельзя было бы узреть. Но поскольку нет даже такого количества сознания, которое было бы постоянным, устойчивым, вечным, не подверженным изменениям, то можно узреть святую жизнь ради полного уничтожения страданий.
Как ты думаешь, монах, постоянна ли форма или не постоянна?
«Непостоянна, Учитель».
«А то, что непостоянно, то является страданием или счастьем?»
«Страданием, Учитель».
«А то, что непостоянно и страдательно, подвержено изменению – может ли считаться таковым: «Это моё, я таков, это моё «я»?»
«Нет, Учитель».
«Чувство постоянно или непостоянно?...
«Восприятие постоянно или непостоянно?...
«Формации постоянны или непостоянны?...
«Сознание постоянно или непостоянно?»
«Непостоянно, Учитель».
«А то, что непостоянно, то является страданием или счастьем?»
«Страданием, Учитель».
«А то, что непостоянно и страдательно, подвержено изменению – может ли считаться таковым: «Это моё, я таков, это моё «я»?»
«Нет, Учитель».
«Поэтому, монах, любой вид формы – прошлой, настоящей, будущей, внутренней или внешней, грубой или утончённой, низшей или возвышенной, далёкой или близкой – всякую форму следует видеть в соответствии с действительностью правильной мудростью: «Это не моё, я не таков, это не моё «я». Любой вид чувства… любой вид восприятия… любой вид формаций… любой вид сознания – прошлого, настоящего, будущего, внутреннего или внешнего, грубого или утончённого, низшего или возвышенного, далёкого или близкого – всякое сознание следует видеть в соответствии с действительностью правильной мудростью: «Это не моё, я не таков, это не моё «я».
Видя так, монах, обученный ученик Благородных испытывает разочарование в [отношении] формы… чувства… восприятия… формаций… сознания. Испытывая разочарование, он становится беспристрастным. Посредством беспристрастия [его ум] освобождён. Когда он освобождён, приходит знание: «Освобождён». Он понимает: «Рождение уничтожено, святая жизнь прожита, сделано то, что следовало сделать, не будет более возвращения в какое-либо состояние существования».
Перевод с английского: SV
источник: "Samyutta Nikaya by Bodhi, p. 956"
В Саваттхи. Сидя рядом, монах сказал Благословенному: «Учитель, есть ли какая-либо форма, которая постоянна, устойчива, вечна, не подвержена изменениям и будет пребывать такой вечно? Учитель, есть ли какое-либо чувство… восприятие… формации [ума]... сознание, которое постоянно, устойчиво, вечно, не подвержено изменениям и будет пребывать таким вечно?»
«Монах, нет такой формы, которая постоянна, устойчива, вечна, не подвержена изменениям и будет пребывать такой вечно. Нет такого чувства… нет такого восприятия… нет таких формаций… нет такого сознания, которое постоянно, устойчиво, вечно, не подвержено изменениям и будет пребывать таким вечно».
Перевод с английского: SV
источник: "Samyutta Nikaya by Bodhi, p. 957"
В Саваттхи. [Благословенный сказал]: «Монахи, эта сансара не имеет постижимого начала. Первого момента не увидеть, когда бы существа [начали] блуждать и скитаться [в круговерти перерождений], скованные невежеством и спутанные жаждой.
Монахи, приходит время, когда великий океан высыхает и испаряется и более не существует, но всё же, я говорю вам, не наступает конца страданий тех существ, которые блуждают и скитаются [в круговерти перерождений], скованные невежеством и спутанные жаждой.
Монахи, приходит время, когда Синеру, царь всех гор, сгорает и рушится и более не существует, но всё же, я говорю вам, не наступает конца страданий тех существ, которые блуждают и скитаются [в круговерти перерождений], скованные невежеством и спутанные жаждой.
Монахи, приходит время, когда великая земля сгорает и рушится и более не существует, но всё же, я говорю вам, не наступает конца страданий тех существ, которые блуждают и скитаются [в круговерти перерождений], скованные невежеством и спутанные жаждой.
Представьте, монахи, собаку на привязи, что была бы привязана к прочному столбу или колонне. Она бы просто так бы и бегала и крутилась вокруг этого самого столба или колонны. Точно также, монахи, необученный заурядный человек – не навещающий Благородных, не обученный в их дисциплине и их Дхамме; не навещающий чистых [умом] людей, не обученный в их дисциплине и их Дхамме – считает, что:
* форма – это «я»; или что
* «я» владеет формой; или что
* форма находится внутри «я»; или что
* «я» находится в форме.
Он считает, что чувство – это «я»…
Он считает, что восприятие – это «я»...
