Через две недели после этого разговора на восток отправился литерный эшелон с купейными вагонами и грузовыми платформами. На платформах в ящиках с надписями «Комбайны — братскому народу Китая!» стояли скрытыми от чужих глаз на то время новейшие и секретные советские истребители МиГ-15 со снятыми крыльями, в вагонах же находились пилоты — офицеры ВВС СССР, а также технический состав.
Вот для них аэродром полковник Чернов и освобождал. У него-то самолеты были поршневые, а тут СССР решил американцам по сусалам реактивными вдарить. Проверить новейшее оружие в реальных боевых условиях.
Конечно, поршневой самолет — дешевле в изготовлении и обслуживании, в плане взлета и посадки он гораздо менее прихотлив, в управлении имеет некоторые преимущества, но — скорость, скорость… Ну, и высота полета. Поршневые самолеты, они — отталкиваются от воздуха, поэтому имеют проблемы с тягой на большой высоте ввиду разряженной атмосферы. В то же время реактивным самолетам воздух нужен лишь в роли окислителя.
Лётчикам в дороге скучать было некогда. Нужно было перво-наперво изучить документы китайских добровольцев, которые они получили взамен своих. Запомнить, кого как зовут. Не все ведь сейчас Ли Си Цинами значились.
Второе — каждый получил пачку рисунков самолетов ВВС США. Бывших союзников, а сейчас уже находившихся по ту сторону фронта.
Вроде бы в Южной Корее сейчас войска ООН, но, по сути дела — американцы. Остальные — гарнир к котлетке.
Третье. Ранее предполагалось, что русско-китайские и русско-английские разговорники советским летчикам вручат в Иркутске, но разум всё же возобладал и они их с собой в поезд получили.
Китайский, это тебе не русский матерный… За одну ночь не выучишь. Да и долгой дороги через всю страну тоже не хватило. Позже, на сессии Генассамблеи ООН, когда американский представитель, обвиняя СССР в участии в корейской войне, включал записи радиоперехватов, там звучал отборный русский мат.
Наши на это усмехались — фальшивка! Вы всему миру хоть одного советского летчика, взятого в плен, предъявите.
Нет таких? Тогда, какой может быть разговор⁈
Крыть американцам было нечем. Это только их летчики частенько в плен попадали.
В Иркутске советских летчиков переодели в китайскую форму без знаков различия.
Переоделся в китайскую форму и Иван Никитович Крылов. Такая теперь фамилия была у Кожедуба. Хотя, в разговорах в шутку он именовал себя Ли Си Цином…
Почему? Может, и до его ушей уже дошла песня, исполненная здесь капитаном медицинской службы Александром Котовым?
Глава 7 Дела большие и малые
Первоначально у северных корейцев всё складывалось хорошо. Под контролем КНА оказалось свыше девяноста процентов южнокорейской территории. Казалось, победа близка, но не тут-то дело было…
Совет безопасности ООН принял резолюцию № 82–85. На её основании быстрей быстрого сформировали войска ООН для участия в войне в Корее, включавшие боевые подразделения из шестнадцати стран, а ещё шесть стран оказывали южанам медицинскую поддержку. Основу Объединённого командования ООН составили военнослужащие США.
В составе войск Южной коалиции, они же — войска ООН, численность военных из США стояла на втором месте и исчислялась сотнями тысяч. Больше было только собственно южных корейцев.
Воинские формирования в ранге дивизии предоставили Великобритания и Турция.
Люксембург выставил воинство в сорок четыре человека, ЮАР и Бельгия — почти по тысяче, Новая Зеландия, Таиланд, Эфиопия, Греция, Франция и Колумбия — по более чем одной тысяче, но до двух не дотянули…
Коалиции предлагали свои услуги также Никарагуа, Аргентина, Судан и Куба, но как-то без них обошлись.
По суди, война-то получалась мировая…
Нет? А ведь — похоже.
В сентябре американо-корейская армия под флагом ООН начала контрнаступление. У народно-демократических северян дела пошли плохо. Это — мягко сказано.
В результате Инчхонской десантной операции с пятнадцатого по двадцатое сентября, и Сеульской операции с двадцать первого по двадцать пятое сентября, войсками южан был освобождён Инчхон, двадцать восьмого сентября — Сеул, восьмого октября пятидесятого года войска ООН вышли на линию 38-й параллели.
К концу октября практически вся территория КНДР перешла под контроль войск ООН, ими были заняты отдельные участки побережья пограничных с Китаем рек Туманган и Ялуцзян.
Всего этого я не знал. Источник информации в виде полковника Чернова у меня исчез, а новый — не появился.
Доступная мне пресса о ходе войны практически не сообщала. Монах… событиями, происходящими в мире не интересовался, поэтому ничего мне рассказать не мог.
Пару раз я его о войне в Корее спрашивал, но он только несколько недоуменно на меня смотрел.
Корея?
Какая ещё Корея?
Никакого дела ему до войны в соседней стране не было.
Даже о том, что вступила в войну армейская группировка КНР, мне стало известно позже.
Я — чудо-снадобье из бабочек готовил. Исходного материала для этого нужно было много, поэтому мы с монахом ежедневно за ним и ходили. Он неизвестным мне образом бабочек приманивал, а я их двумя руками с земли сгребал.
