– Ну, да, вам не привыкать геноцид устраивать! – едко ответила я. – Стоит только Библию полистать, там полно такого! Но не ты ли мне говорил, – мисс Хайд посмотрела на Гидеона и процитировала, – прежде, чем что–то сделать, подумай, дарует ли Господь тебе прощение за это; помни, душа – зеркало истины?
– Мои слова. – Аквариус кивнул.
– Если отойду в сторону, я себя точно потом не прощу!
– Но если на то воля Господа! – не унимался Сэмуэль.
– Это сдуревшие от власти, ненависти и жажды крови геенцы!
– Светлая! Нельзя противостоять Господу!
– Мы в разного Господа верим, господа Архангелы! – отрезала я и пошла наперерез геенской армии.
Они дошагали до меня и остановились. Один из них вышел вперед, постоял, словно раздумывая, или надеясь, что я опомнюсь и убегу в страхе, и подошел ближе.
– Уйди с нашего пути, ангел. – Прошептал он.
– Этого не будет.
– Тебе нужно всего лишь сделать шаг в сторону.
– Слова, достойные Люцифера!
– Или ты отойдешь, или мы пройдем по твоему трупу!
– Рискни! – прошипела я, сделав шаг вперед. – Но сначала загляни в свое сердце, если оно у тебя есть, и найди там ответ на простой вопрос: почему ты это делаешь? – в огненных глазах что–то промелькнуло. – Понял, да? Люцифер свергнут, Трон пуст. Остановись, пока можешь! Побори искушение!
– Наивный Ангел, – он поднял руку вверх, ухмыльнулся и прокричал, издевательски улыбаясь, – за мной! – огненное плечо небрежно задело меня, мгновенно спалив кусок одежды.
Огненная орда двинулась вперед. И даже песок под их ногами обращался в пепел. Они обтекали меня, заставляя ронять злые слезы и стискивая кулаки. От влаги в глазах сталактит, росший из купола над адом, двоился и дрожал. Огромная «сосулька» тоже плакала, но всей ее воды не хватило бы, чтобы потушить пожар, полыхающий в душе Ангела.
– Саяна! – Горан пробился ко мне и обнял. – Не плачь! Если бы я только мог тебе помочь!
– Ты можешь. – я вытерла щеки и улыбнулась. – Скажи Эльзару – пусть раздевается!
– Уже отжала моего дракона, кто бы сомневался! – пробормотал Драган, когда я запрыгнула Эльзару на спину.
– Добурчишься, возьму с собой кого–нибудь другого! Где там Охотники?
– Даже не думай! – прорычал он, забираясь на дракона.
– Ная, вы все поняли? – госпожа Ангел посмотрела на Стратим.
– Да, Светлая! – женщина с улыбкой кивнула, и через секунду Жар–птица взмыла в небеса.
Я не знала, получится ли воплотить задуманное в жизнь. Но помнила главное правило – всегда борись до последнего, а когда сдашься – поплачь и попробуй еще раз! Так учили Глеб и дед. Да и в жизни по–другому не выходило.
Это как в басне про двух лягушек, которые упали в кувшин с молоком, одна сдалась и утонула, а другая взбила лапками масло и выбралась наружу. В этой сказке лишь два момента, которые меня настораживают: не поймали ли потом вторую лягушку, чтобы она стала вечной маслобойкой в хозяйстве, и что делать, если в твоем кувшине вовсе не молоко, а вода?
Но сейчас не до этого. Пора начинать. Я кивнула Стратим, и она устремилась к молочно–голубому сталактиту. От ее пышущего жаром оперения по «сосульке» побежали белесые ручейки. Но когда она добралась до ее основания, холод, что царил наверху, не позволил повторить тот же трюк – стоило поверхности подтаять, он тут же сковывал жидкость обратно в лед.
– Господи, помоги, – прошептала я, – не верю, что тебе угодны тысячи смертей! Там женщины и дети! Там полукровки! На них нет греха Отступников, их предков! Останови убийц, Господи! Помоги этому миру возродиться, дай ему шанс!
По телу пробежала искорка, от сияния стало тепло. Я с надеждой вглядывалась в купол у сталактита, около которого кружил Эльзар, пока не увидела их.
– Ага! – изо рта вырвался торжествующий крик и клубочек пара.
– Что, невозможная моя? – Горан еще крепче сжал мою талию.
– Смотри! – мисс Хайд ткнула пальцем в извилистые трещины у основания «сосульки».
– И как нам это поможет?
– Иногда трещины нужны, чтобы впустить свет. – Сами по себе прошептали губы, и на этот раз я не стала зажимать их рукой, вместо этого прошептав, – если Ты сделал меня Дарующей прощение, то знай – они прощены!
Мой Свет ударил вперед. Туда же полетела секундой ранее брошенная сильной рукой Горана Гефестиона с крестиком Георгия на рукояти. Последними стали огненный кнут и мольба. Сталактит вздрогнул, замер, словно прислушиваясь к себе, а потом…
Зигзаги трещин с оглушающим треском поползли по его основанию. Я затаила дыхание. Сквозь них начали просачиваться крошечные капельки. А следом побежали ручейки! Купол отразил наш торжествующий вопль и гулко вздрогнул.
– Интересно, драконы умеют плавать? – задумчиво протянула я. Эльзар, повернув голову, покосился на меня и камнем ушел вниз, подальше от рождающегося небесного водопада. Жена последовала за ним. – Надеюсь, демонята успели всех предупредить. – пробормотала мисс Хайд.
