— Да, это точно. Забавно, если посмотреть под таким углом, то неудобная система случайного выброса из хаба через телепорты и возвращения через сотни лазеек, по большей мере зависящих от удачливости исследователя, кажется не такой уж и плохой.
Вот так, со всеми этими нанитными чудесами и ужасами и забываются какие-то простейшие вещи, по типу того, что ресурсы, помимо человеческого, в глобальном смысле могут закончиться.
— Хочешь прикол? У нас там, внутри кристаллизованного времени тоже были хабы, но как раз вот такие, в диких осколках. — в очередной раз, во время еды, решил поделиться историей Лим. — Такие, небольшие поселения, человек на двадцать максимум, дарующие очень редкие, приятные мгновения, напоминавшие о том, что ты всё ещё человек. Представь, я в одном таком даже девушку себе нашёл. — засмеялся парень, качая головой, после чего замолк.
— Везёт. У меня как-то на отношения времени не находилось… — хмыкнув, я мысленно прокрутил события последних месяцев, в которые я только и делал, что мотался от хаба к хабу, стараясь выжить по пути и пристроить найденное в осколках.
Сам себе поражаюсь порой, как я пережил первые два месяца, до того как получил нормальную экипировку и способность с холодом… Не удивительно, что основная масса людей предпочитает сидеть впроголодь в хабах, преодолеть порог вхождения в исследователи это та еще русская рулетка, помноженная на десять раз.
— Даже не знаю, можно ли назвать везением этот роман, учитывая, что закончился он тем, что нас обоих заживо сожрали, а затем, при перерождении возродили так, что мы никогда больше не виделись. — криво усмехнувшись, напарник чуть отвернулся, делая вид, что разглядывает что-то в перламутровой дали. — Скол, вопрос на засыпку. Представь, что у тебя здесь, в постколлапсе, есть близкие люди. Друзья, пара, родственники, не важно. И вот, ты находишь из этого цирка выход, сделаем вид, что он существует. — перетекая из сидячего положения в горизонтальное, Лим оперся на локти, с все той же кривой улыбкой глядя на меня. — Нормально ли было тебе жить, зная, что твои знакомые остаются там и с вероятностью, стремящейся к ста процентам, никогда не смогут выбраться? Что бы ты делал?
Что бы я делал?.. Кажется, вопрос парень задает не столько для меня, сколько для себя…
— Не знаю. Такой, пусть и косой хэппиенд сложно представить. — оперевшись подбородком о руку, я задумался. — Наверно, мучался бы от постоянных кошмаров, пытался наслаждаться жизнью и шарахался как прокаженный от лифтов. Может быть спился бы, сложно предсказать, я никогда ни к кому не привязывался особо.
— Ты у нас, выходит, волк одиночка? — хмыкнув в ответ на мои слова, ехидно произнёс Лим. — А лифты тебе чем не угодили?
— Да нет. До коллапса сначала учился в универе, времени не было, потом работал… А сейчас стараюсь не привыкать к людям. — захотев тоже что-то подержать в руках, я достал из сумки бутылку воды и открутив крышку, сделал пару глотков, протягивая её Лиму. — Сам понимаешь почему. С лифтами же всё просто — я попал сюда, когда ехал на нём с работы, так что, если мне удастся вырваться, то буду ходить пешком, на каком бы этаже не жил. А лучше вообще без лифта дом найду, хоть все и по разному попадают.
— Понятно. Знаешь, идея с выпивкой звучит неплохо. Когда доберёмся до хаба, сходишь со мной в бар? Не по дружески, чтоб не привязываться. — ехидно уточнил парень. — Так, чисто для укрепления командного духа и чтобы меня поохранять.
Чисто поохранять, ага. Как бы не хотелось, но совсем чужими людьми разойтись, после множества дней совместных путешествий у нас, сдаётся мне, не выйдет…
— Ну, если не по дружески, то разок можно. Только, если я тебя буду охранять, то пить вряд ли получится. Или ты хочешь, чтобы я рядом п… — прервался я на полуслове, заметив, как окружающий нас свет с кружащимися снежинками-кристаллами, медленно начал тускнеть, перетекая из бело-салатового оттенка в бледно-алый.
Это ещё что такое?
Подняв голову, я увидел, как пульсирующий над нами и вспыхивающий языками пламени шар рвано сжимался и распухал, будто бы пораженный репликаторной аритмией, а цвет его почти полностью сменился на ядовитый, пурпурный оттенок.
Твою мать! — дернулся я в сторону, потирая ужаленный локоть, за которым обнаружился овальный собрат недавно виденной пирамидки, обросший тонкой коркой кристаллических, бритвенной остроты шипов и несколькими особенно длинными иглами, одной из которых он и проткнул мою куртку вместе с кожей.
"Администратор Скол, поздравляю с успешным выполнением контракта!
Матрица репликатора класса "Древний" успешно рекалибрована.
Текущая эффективность псевдо-живого устройства повышена на тридцать четыре процента!
Количество аберрационных нанитов в осколке понижено на двести семьдесят один умноженное на десять в минус четыре тысячи, сто двадцать первой степени процента с потенциалом увеличения эффекта до трёхста пятидесяти одного умноженного на десять в минус четыре тысячи, сто двадцать первой степени процента!
