Эля не откладывая, поехала в больницу. Медсестра в реанимационном отделении узнала любимую балерину и безо всяких проволочек провела ее в палату к Ане. Эле нужно было взглянуть на Эн для того, чтобы набраться решимости. Аня лежала, будто спала, лицо было спокойным и бледным, как восковое, со всех сторон к рукам тянулись прозрачные трубки капельниц. Эля оставила все наличные деньги у медсестры и поехала в ночной магазин, чтобы перевести деньги на счет клиники. Ну все, теперь можно приступить к самому главному - Эля решительно прибавила скорость и выехала на МКАД. Начался дождь, и «дворники» размывали дождинки по стеклу, а Эля вытирала слезы со щек. Она волновалась оттого, потому что не готова была услышать «нет!», оттого, что сейчас могло случиться все, что угодно. Она ехала к Воронову в его загородный дом, который находился в тридцати километрах от МКАД по Рублево-Успенскому шоссе. Воронов регулярно уговаривал Элю переехать к нему, даже несколько раз пытался насильно ее увезти, но она чувствовала, что время не пришло. Из центра было проще добираться в театр, и потом, она хотела сохранить до свадьбы некоторую свободу. Ей хотелось отложить семейную жизнь и пожить в ее предчувствии: чтобы были встречи и расставания, и радость ожидания в предвкушении новой встречи. Неужели сейчас она едет к нему в последний раз? Она сделает то, что должна. Она полностью полагалась на волю судьбы. Возможно, прав был Иван - не может быть у нее с Вороновым никакого счастья. Она подъехала к железной калитке и позвонила в дверь. Сонный охранник нехотя открыл ворота и, не просыпаясь, проводил ее на второй этаж трехэтажного особняка, оставив у входа в спальню Воронова. Он хорошо знал Элю в лицо, поэтому ее ночное появление не вызвало у него ничего, кроме понимающей улыбки.
Эля открыла дверь, вызывая сквозняк, и огромная белая штора, как парус, поднялась, вздулась и заняла полкомнаты - Воронов в любую погоду любил спать с открытым окном. На стене слабо мерцал белый матовый ночник, который он оставил на всякий случай, специально для Эли - в последнее время он всегда ждал ее прихода. Она тихо зашла и присела на край огромной, как корабль, кровати. Но Воронов во сне почувствовал ее появление! Он перекатился пару раз по кровати и, оказавшись подле Эли, обнял ее за плечи сильными, мужественными руками.
- Ты мне только что снилась! Я так и знал, что ты сегодня приедешь, иди сюда! - Он притянул ее к себе и стал страстно целовать, увлекая за собой в сладкое, нежное забытье.
- Подожди, подожди, - шептала Эля, закрывая его рот рукой. - Я приехала по делу.
- Какие у нас с тобой ночью могут быть дела? Да, у нас может быть только одно, самое главное дело… - И Воронов, входя в азарт, продолжал увлекать ее за собой, потихоньку снимая верхнюю одежду. - Я так тебя хочу, я так ждал тебя! - пьяный от счастья, он сжимал ее в своих объятиях.
- Скажи, ты меня действительно любишь?
- Что за вопрос, - продолжал целовать Элю Воронов, - я бы никогда не решил жениться, если бы не любил тебя!
- А почему ты считаешь, что любишь, если до меня никогда никого не любил?
- От этого и страдал, я был очень одинок и даже не знал, что такое жить полной жизнью, это потрясающий метод познания мира!
- Я тебя тоже очень люблю, с тобой я забываю весь мир!
- Мир - это кучка мусора, если в нем нет тебя! Мир - это призрак, иллюзия. Потому что ты - это я, а как я могу жить без самого себя? - сострил Воронов. Он спрятал свое лицо в ее ладонях, он страстно вдыхал аромат ее волос, целовал ее лицо, шею. - Дорогая моя, я очень люблю тебя! Я не знаю, как я жил до тебя! Иногда мне кажется, что без тебя я не живу и не жил!
