- Вот в этом и весь вопрос, - Эля мягко выскользнула из его объятий и села на край кровати. - Скажу прямо, без предисловий: сегодня ваша Лари пытала Ивана и отобрала у него дар, о котором ты прекрасно знаешь! При этом она чуть не убила его девушку, Аню, такую же экселендку, как я! Она провела над ней опыт с уколом Тоу-ди! Теперь Аня в реанимации, а Ив отправился искать защиты у Хранителей! Поэтому я считаю, что нет больше смысла делать вид, что кто-то чего-то не понимает! Если ты действительно любишь меня и хочешь, чтобы мы были вместе, - ты уничтожишь этот вирус Тоу-ди! Или хотя бы попытаешься! - Говоря эти слова, Эля застегивала кофточку и поправляла юбку, чтобы не смотреть в глаза Воронову. Ее лицо горело, ей казалось, что она горит изнутри и вся комната залита красным цветом пожара. Она слышала, как молчал Воронов, она чувствовала, как ударила его прямо в сердце, она слышала его сердечные удары, они были громкими, чуть ли не на всю комнату. Он лежал на кровати так, как будто не лежал, а летел вниз с огромной высоты, расставив в стороны руки, его вдавливали в кровать воздушные потоки. Ее сердце тоже колотилось, как перед смертью, словно готово было выскочить. «Неужели это конец стремительного романа?» - подумала Эля и тихо добавила: - Ты должен что-то сделать, чем-то доказать свою любовь, иначе мы никогда не сможем быть вместе! Прости, но я не смогу смотреть моим братьям в глаза! - И не глядя на Воронова, она изящно выскользнула из комнаты. Воронов продолжал молча лежать, смотрел в потолок, и тот кружился у него перед глазами, унося в бесконечный туннель. Произнесенные слова парализовали его, ввинчивали в матрац, он лежал не в силах преодолеть силу тяготения - он не верил тому, что услышал.
«Вот и все!» Эльвира завела машину и понеслась обратно, в Москву, еще ощущая вкус поцелуев, еще испытывая дрожь и щемящую негу, которая, может быть, была последней в ее жизни. Она не стала дожидаться ответа, пусть он останется наедине с самим собой, пусть решает не в порыве страсти, а трезвым умом! Воронов все правильно понял, судя по тому, как он молчал и слушал, его самого это потрясло. Вот пусть сам и решает, что действительно для него важнее - он сильный, умный, могущественный, он найдет способ, как все уладить! Она почувствовала огромное облегчение, как человек, совершивший преступление, чувствует облегчение после признания в суде. Она все сделала правильно, и теперь совесть ее чиста. Сколько мог этот дамоклов меч висеть между ними! Зато теперь выяснится правда - если он ее так любит, как ему кажется в момент страсти, если он не может без нее жить, он должен немного побороться за свою любовь. Эльвире стало необыкновенно легко и радостно, она будто летела на крыльях. Ведь когда-то она сама сказала Ивану: «Сделай правильный шаг, даже если ты и не знаешь, куда он ведет. Правильные поступки приводят к правильным последствиям!»
- Алло, Крыжаков, это Эльвира Литвинова! Серьезно, очень! Срочно приезжай, нет, по телефону не могу! Позже - будет поздно! Жду! - Эля забежала к себе домой и принялась собирать вещи, неизвестно, чем закончится вся эта история.
Нужно торопиться, нужно срочно собрать совет, но сначала поговорить с Крыжаковым - надежным, как скала, и добрым, как мама. Первым обо всем должен узнать он. Очень бы хотелось обсудить все с Андреем, но Эля заранее могла предсказать его реакцию. А на совете придется все рассказать про Воронова. Нужно предупредить всех, чтобы сменили сим-карты, у Лари теперь есть все телефоны с записной книжкой Ивана. Но Иван звонил только ей и Андрею, значит, первыми, кого вычислят - будут она или Андрей. В любой момент можно ожидать неожиданностей. Эля, поглощенная своими мыслями, забрасывала в чемодан вещи машинально, без разбора: летние майки и зимние шапочки, пляжные шорты и теплые перчатки, все летело в общем вихре. «Кто этот человек, лица которого Иван так и не видел? Кто пошел на сделку с тэдами и ради чего? Наверняка его сейчас вводят в курс дела. Первые два дня Элион, получивший метку, скорее всего приходит в себя, если, конечно, его не подготовили заранее. Интересно, сколько у него есть времени? Наверное, день-два для того, чтобы уйти в тень: экселендцы свою ноту протеста отправили, но Элиона лишились. Начнется война, а у них ни Элиона, ни антивируса, что делать? Ничего не понятно!»
