Но Джину это не волновало. Сейчас у нее наклевывалось несколько довольно любопытных дел, которые она намеревалась довести до конца. Довести до конца в ее понимании означало прилично на этом заработать. Учитывая, что подобные интриги всегда требовали немалых затрат времени и сил, не говоря уже о деньгах, Джине просто было некогда заниматься какой-то там несчастной пекарней.
Поскольку бодрствовала Джина, в основном, начиная со второй половины дня и до раннего утра, вечер был для нее самым плодотворным и приятным временем.
Вот и сейчас, направив, как обычно в такое время, стопы в ресторан «Ориент Экспресс», Джина решила для начала хорошо поужинать. Когда метрдотель провел ее за ее обычный столик, она развернула меню и бегло скользнула глазами по строчкам. «Так, паштет из куриной печенки, салат из крабов, овощи…» Она водила пальцем по отдельным пунктам меню, но в этот момент ее внимание привлекли знакомые голоса за столиком неподалеку. Она подняла голову и бросила заинтересованный взгляд в зал.
Так оно и есть. Это были Сантана Кастильо и Кейт Тиммонс, окружной прокурор. Эта мило воркующая парочка стала за последнее время одним из главных предметов интереса для Джины. Она надеялась выудить немало полезного из их любовной связи. Метрдотель, который по-прежнему предупредительно стоял у столика Джины, наклонился и спросил:
— Миссис Кэпвелл, вы хотите, чтобы, как обычно, вас никто не беспокоил?
Она слегка рассеянно кивнула:
— Что? Ах, да, да, не плохо было бы спокойно поесть. Хотя нет, подождите, если увидите Иден Кэпвелл, передайте ей, что я просила, чтобы она подошла ко мне. Я думаю, нам будет о чем поговорить, — многозначительно закончила она.
Метрдотель кивнул и удалился.
Сантана нервно теребила в руках салфетку.
— Кейт, с меня довольно, я больше не хочу этого больше продолжать. Мы должны как можно быстрее расстаться.
Он недовольно поморщился.
— Сантана, я не понимаю, что происходит. Ты говоришь мне о том, что собираешься все разорвать между нами уже несколько дней подряд. Каждый день повторяется одна и та же история.
Она смущенно опустила глаза.
— Я просто, просто пытаюсь разойтись по-хорошему и забыть обо всем. Поверь, так будет лучше и для тебя, и для меня.
Окружной прокурор недоуменно пожал плечами.
— Но я совершенно не представляю, как это можно сделать, ведь нас, словно магнитом, тянет друг к другу. Мы нужны друг другу.
Она порывисто вскинула голову.
— Нет, нет, это не так.
— Да, да, — мягким обволакивающим голосом повторил он.
Тиммонс неотрывно смотрел в глаза Сантаны, повторяя свой обычный прием — гипнотизирующее влияние питона на кролика. Как ни странно, несмотря на всю избитость и примитивность этого метода, он неизменно срабатывал. Именно поэтому Тиммонс не отказывался от него — от добра добра не ищут.
— Сантана, тебя вчера вечером никто не принуждал приходить ко мне. Ты сделала это исключительно руководствуясь собственными желаниями и эмоциями. Никто не оказывал на тебя никакого давления.
Она кивнула.
— Да, это так, я знаю это. Но это было в последний раз.
Тиммонс тяжело вздохнул, изображая последнюю стадию растроенности чувств.
— Сантана, — грустно сказал он, — ты можешь приходить ко мне в любое время, когда только захочешь, я буду очень рад тебя видеть. Поверь мне, сейчас мне больше всего не хочется прерывать наши отношения, мы ведь очень нравимся друг другу, не правда ли?
Сантана снова занервничала.
— Прекрати, — воскликнула она. — Ненавижу, когда ты начинаешь так говорить.
— Ну почему, разве это не правда?
— К сожалению, это правда, но я все равно ненавижу, когда ты говоришь об этом. Это ужасно раздражает и нервирует меня.
Тиммонс искренне рассмеялся.
— Ну а если это правда, то не проще ли с ней смириться? Зачем ты постоянно терзаешь себя? Почему нельзя трезво взглянуть на окружающий мир и принять реальность такой, какова она есть? Зачем нужно всегда портить себе жизнь, пытаясь достичь какого-то недостижимого идеала? Неужели тебе хочется жить по-другому? Тебе что хочется постоянно находиться на грани нервного срыва? Зачем ты так поступаешь?
Она растерянно теребила волосы.
— У меня такое ощущение, как будто отлив относит меня в открытый океан… — Она вдруг прервалась на полуслове и полезла в сумочку за пузырьком с таблетками. Высыпав несколько штук на ладонь, она торопливо швырнула их в рот и запила водой.
— Зачем ты принимаешь эти таблетки, это превратилось в какой-то бесконечный процесс? — обеспокоенно спросил Тиммонс. — Эти пилюли следуют одна за другой. Тебе самой это не надоело?
Она метнула гневный взгляд на Кейта.
— Это таблетки от аллергии, если хочешь знать. Я ведь тебе уже говорила, что в это время года у меня обычно бывают обострения.
Тиммонс тяжело вздохнул.
— Теперь мне понятна причина твоей вечной нервозности. Ты страдаешь от приступов этой болезни?
Она замахала руками.
— Нет, нет. Болезнь здесь ни причем. Дело совсем не в этом.
Тиммонс понимающе кивнул.
